Тезисы о сохранении родного языка у детей, проживающих за границей

В первом посте соберу практические тезисы, которые сформировались у меня за несколько лет, — пока без обилия ссылок на научную и профессиональную литературу. Так заодно и проверим исходное состояние гипотез перед прицельным изучением литературы для каждой из гипотез.

Тезис первый
Необходимый минимум для сохранения у ребенка родного языка — это общение в семье исключительно на этом языке, причем языке чистом*, то есть без смешения и переключения кодов, что по-английски называется code-mixing и code-switching соответственно [1]. Смешение кодов — это непроизвольное использование двух языков в речи, а переключение, наоборот, произвольное, или намеренное.

Общение на русском должно быть двусторонним, то есть, во-первых, сами родители должны говорить на русском языке без вкрапления языка среды. Безусловно, это не всегда возможно из-за наличия в стране проживания тех предметов и явлений, которым нет аналогов в России и которые не назвать кратко одним словом или двумя. Однако таких предметов и явлений не очень много, и я полагаю, что переключение кодов в случае использования этих слов не влияет на негативные исходы касательно родного языка, такие как потеря языка (language loss, language attrition, language regression, language erosion), смещение в пользу языка среды (language shift), субтрактивное двуязычие (subtractive bilingualism) (определения всему этому даны в [2]). Отмечу, что в перечислении этих негативных исходов нет одного критерия деления и что одно и то же индивидуальное явление или наблюдение в зависимости от исследования может называться по-разному.

Во-вторых, от самого ребенка необходимо по мере возможности требовать языка без смешения и переключения кодов. У моего старшего сына смешения кодов нет вовсе, а к переключению он прибегает крайне редко — пожалуй, не больше, чем носитель русского, проживающий в России. А вот у младшего сына наблюдались или наблюдаются как смешение / переключение кодов, так и интерференция. Пример смешения / переключения (затрудняюсь понять, что это): „Perjantaina пойдем кататься на коньках“ (perjantaina — это в пятницу). Что касается интерференции финского в русский, то, в частности, я замечаю у него излишнее, а местами и аграмматичное использование родительного падежа в функции частичного, или партитива: „Надо купить в магазине молока и яйцА“ (здесь у него яйца использовано в единственном числе). Или: „Виталик играл в „Майнкрафт“ один часА“.

Так вот, с устранением смешения и переключения кодов у младшего сына я вроде бы справилась таким образом, что намеренно создавала ему ситуации коммуникативной неудачи. Ребенка того возраста, который позволяет осознать существование нескольких языков, можно просить повторить свою фразу без смешения и переключения кодов: „В пятницу пойдем кататься на коньках“. Таким образом обозначается неготовность родителя отвечать на некорректно сформулированый вопрос или утверждение.

*Отдельно отмечу, что под чистым языком я имею в виду в данном случае именно отсутствие смешения и переключения кодов. Использование в речи заимствований к чистоте языка отношения не имеет: я кринжую от рассуждений о так называемой чистоте русского языка. Как носительница русского языка и как лингвист я использую глагол кринжевать и не наношу тем самым русскому языку никакого вреда. Разумеется, я могу использовать что-то вроде кривиться, с кислой миной дивиться и прочее, но иногда хочется и покринжевать. В конце концов, использованием глагола кринжевать и производных я поддерживаю продуктивность словообразовательной модели.

👇🏻👇🏻👇🏻