Making the familiar strange

Сегодня записала свое выступление для конференции и, как это обычно бывает, побоялась грузить слушателя, тем более тайминг был 15-20 минут. Поэтому буду грузить вас! Мои хорошие, ну что, плохо вам? Сегодня плохо всем! - как говорит великая и неповторимая Олечка.

Напоминаю, что выступление у меня о том, как сделать привычные темы занятий интеллектуально стимулирующими. Почему эта тема, кстати? Да потому что, наверное, это и есть основная причина, по которой мои студенты занимаются со мной годами. Вторая причина - они все приходят через сарафан и все невероятные изумрудики, поэтому и коммьюнити, которое они формируют, бесценно🐾

Один из основных тезисов моего выступления: make the strange familiar and the familiar strange.

Скучающие антропологи сейчас сделали an eye roll. Да, эта линза связана с классической антропологической традицией и особенно хорошо проявляется в этнографии: чужую культуру нужно сделать понятной, но одновременно собственную культуру - достаточно непривычной, чтобы увидеть её предпосылки.

Здесь на сцену выходит мой любименький Клиффорд Гирц - самый первый прочитанный мною антропологический текст о петушиных боях у балийцев. Знала бы эта 19-летняя девочка с мечтой учиться в Питере о том, что потом будет жить несколько лет на том самом острове, и мало что изменится с момента издания этого блестящего исследования. В общем, Гирц вводит термин насыщенное описание: недостаточно просто описать, что человек делает. Нужно понять какое значение это действие имеет внутри конкретного культурного контекста.

Например:
Человек подмигнул.
Что это: флирт, шутка, сигнал, нервый тик? Культурно обусловленный жест?

Благодаря насыщенному описанию мы начинаем замечать, сколько невидимых социальных правил мы постоянно соблюдаем, зачем нам это и что будет, если на секунду отойти от их безукоснительного исполнения.

Приведу пример. Я по натуре человек, который не умеет быть громким/жестко отстаивать свои границы, мне намного проще отойти в сторону, чем сражаться. Все меняется, когда я замечаю несправедливость по отношению к другому - здесь меня можно привязывать к столбу, как Одиссея на встрече с сиренами, я все равно вырвусь и войду в режим берсека, но мы сегодня не об этом. В общем, мне всегда было тяжело в российской действительности, потому что любое взаимодействие с институциями и публичными пространствами вынуждает тебя так или иначе скалиться и давать сдачи. Но пришлось кое-как научиться огрызаться бабке в очереди в поликлинике, короче.

Приезжаю я на Бали. Количество взаимодействия с институциями растет в геометрической прогрессии, потому что документов нет, жилья нет, протоптанных дорожек нет. Ну, думаю, ладно, я уже немного кожу нарастила, буду сражаться и не дам себя в обиду.

Институция = поле боя, человек, который пытается мне рассказать, что мне чего-то нельзя, хотя я точно знаю, что мне это можно = тот, с кем я должна вступить в дебаты и выйти победителем.

Но увы... На Бали это не работало совсем. Если другая сторона агрессирует, а ты зеркалишь, не выйдет ровным счетом ни-че-го. А надо тебе, а не им - ты же пришел.
Поэтому я радостно откатилась к своим заводским настройкам молчать в тряпочку и сидеть с потупившимся взором, а балийцы этот сигнал расценивают как предложение переговоров, у них просыпается эмпатия к этой бедолаге, которая даже прикрикнуть в ответ не в состоянии.

Их агрессия приглашала меня сдаться, и только сдавшись, я получала то, что мне нужно. Честно - все это было отрефлексировано после, в моменте я осознавала, что мои жалкие попытки отстоять свои права не работают, и в ситуации хронического стресса в чужой стране мои лапки поднимались вверх, а глаза увлажнялись... Но в результате вышло такое вот интересное наблюдение!

Конечно, Клиффорд Гирц - один из многих, кто помогает нам посмотреть на привычное под новым углом. Хотите, сделаем серию антропологических постов про это?