Поскольку Антон написал свой пост про радикальную демократию и про свою телегу о коммунизме как "абсолютной демократии", нуждающейся в опосредовании, думаю, стоит ответить на критику и прояснить свою мысль.

Так называемая "радикальная демократия", на мой взгляд, это лишь частный случай более общей проблемы, на которую (сюрприз-сюрприз) указывал и сам Жижек. Лицемерные леваки (как, впрочем, и праваки) всегда существовали, но это лишь симптом. Настоящая проблема состоит в циничном языке, которую примерно можно выразить следующим образом: сам язык является демонстративно ложным и лицемерным, но поскольку он выпячивается напоказ, то сам свидетельствует о ложности и отчужденности самого общества.

Действительно, Жижек убедительно обрисовал, как этот механизм работает. Парадокс состоит в том, что он сам его регулярно воспроизводит. Получается цинизм второго порядка - разоблачение цинизма современного мира само создает этот цинизм. Здравое зерно Антона состоит в том, что здесь можно впасть уже в цинизм третьего порядка - разоблачение ложного разоблачителя само может стать ложным.

Тем не менее, рецепт теоретического партизанства от Антона у меня вызывает вопросы. Идея, как я её понял, следующая. Есть "идея коммунизма", она же "абсолютная демократия", мечта и регулятивный идеал честных левых. С другой стороны, есть её полная противоположность - данный нам в ощущениях грешный мир. Эти противоположности нужно "примирить", но поскольку буквальное примирение невозможно - ведь это наивная метафизика - надо их опосредовать третьим элементом. Далее на роль недостающего звена должны вставать институты, практики, деятельность и все такое.

Звучит красиво, но меня не очень убеждает. И дело вовсе не только в схематизме и абстрактности - хотя это и правда выглядит слишком отвлеченно. Первая проблема заключается именно что в концепции опосредования. Все мы знаем, что Гегель с подозрением относился к идее непосредственности, интеллектуальной интуиции и в принципе прямой связи между разными, тем более противоположными явлениями.

С одной стороны, в этом есть большая доля истины - мы много с чем имеем дело не прямо, а косвенно. Проблема тут состоит в том, что в бесконечном процессе опосредования одних опосредований другими собственно "непосредственность" может куда-то потеряться.

За примерами долго ходить не надо, можно вспомнить товарища Сталина и Френсиса Фукуяму. Сталин учил тому, что классовая борьба только усиливается по мере приближения к социализму и коммунизму, и, следовательно, отмирание государства будет происходить посредством его бесконечного усиления. Чем вам не опосредование великой исторической цели и приземленной действительности, полной врагов народа.

Или более исторически близкий нам пример. Фукуяма, опираясь на правого гегельянца Александра Кожева, провозгласил окончательную историческую победу либеральной демократии. Однако её победа вовсе не означает, что весь земной шар стал жить по стандартам Северной Америки и Западной Европы - он может жить сколь угодно плохо, но он не может породить исторической альтернативы Западу. Опосредование же этого противоречия происходит с помощью девелопментализма и т.н. демократического транзита, задача которого состоит в примирении высоких, часто недостижимых принципов развитого либерализма и политики всех, в том числе западных, стран - а также в примирении с самим фактом невозможности ни "догнать" запад, ни достичь идеала на самом западе.

Обе вариации "на Гегеля", хоть и неоправданно упрощают его мысль, показывают одну тенденцию. "Опосредование" может быть не столько реализацией "Абсолютной идеи" в мире, сколько её постепенным разложением, энтропией и деградацией. Это было навсегда, пока не кончилось. Схематичный набросок Антона, если так же судить, получается похожей "теорией коммунистического транзита" - т.е. постепенного умирания Идеи, выдаваемого за её воплощение в жизнь. Только без исторической общности наподобие американской империи, пытающейся навязать эту Идею миру, все это напоминает сайнс фикшн.