Как недавно было сказано, мы теперь бьёмся не столько за победу (она уже в кармане, ответчик сдался), а за один ма-аленький абзац в решении суда. Вот тот абзац, который мы хотим видеть в судебном ордере, и из-за которого мы выносим мозг IRCC:
On redetermination, the officer shall meaningfully address the Applicant's evidence concerning the compulsory nature of his assignment, his inability to leave or transfer, and his actual duties, and shall explain whether, and if so why, the Applicant's service in those circumstances constitutes membership in the KGB for the purposes of paragraph 34(1)(f) of the IRPA.
Этот маленький кусочек в решении суда — большая польза для других пограничников.
Но IRCC упёрлось! Им очень не хочется, чтобы в судебном решении это было прописано открытым текстом! Вот их встречная позиция:
First, this proposed term is unnecessary, and the Applicant has not shown that restricting the next decision maker’s assessment is required, for any reason. The error in this case is relatively straightforward, being an absence of analysis on the issue of membership.
Second, listing what the subsequent decision maker is to “meaningfully address” (i.e. compulsory duty, inability to leave, and actual duties) is problematic as it automatically establishes certain facts, such as an actual inability to leave, preventing the decision maker from holistically weighing the evidence.
Moreover, the proposed term also circumscribes what the subsequent decision maker can consider. For example, the Officer may wish to reasonably consider more factors than that which is listed, such as the issues of coercion or duress. Ultimately, the Applicant’s attempt to restrict the subsequent decision makers analysis should be resisted by this Court, and the Respondent’s motion granted on the original terms proposed.
Ну, тут всё понятно — аргументы явно натянуты на глобус. В предлагаемой директиве нет ни «restricting the next decision maker’s assessment», ни «automatically establishes certain facts», ни «attempt to restrict». Предлагаемый абзац лишь уточняет, что совершенно точно должно присутствовать в решении, но никак не связывает руки decision maker'у.
Такова была диспозиция на тот момент, когда обе стороны сложили ручки и сели ждать, что скажет суд в ответ на ходатайство IRCC (отменить слушание, отменить отказ, вернуть на пересмотр). Казалось бы, всё утряслось, суду осталось только поддакнуть, и все разойдутся, по-своему удовлетворённые.
Но так только казалось… Потому что суд только что — хоп! — и отказал IRCC в ходатайстве! Слушание в суде не отменяется, но сводится к одному-единственному абзацу, приведённому выше!
Проще говоря, IRCC ходатайством признаёт свою ошибку, соглашается отменить отказ, но не соглашается, чтобы в судебном решении об отмене был этот неудобный абзац. А суд показал IRCC дулю, ходатайство отклонил и сказал, что нужно разобраться и тогда уж решить, как именно будет сформулирован судебный ордер об отмене отказа — с предлагаемой директивой, без неё, или как-то иначе.
А ошибка IRCC, послужившая причиной отказа, уже зафиксирована в решении суда об отказе в ходатайстве.
#кейс
🇨🇦 Иммиграционный Адвокат | Консультация