Прежде чем перейти к постам про комиссию Ортусара и Конституцию 1980, надо обговорить еще пару моментов. Начну с Освальдо Лиры.
У меня уже был лонгрид про Лиру, потому подробно расписывать про него не буду. Если коротко, Лира был католическим священником, философом и преподавателем, у которого учился Хайме Гусман. В 1940-е гг. Освальдо уехал из Чили в Испанию, сильно впечатлился и стал ярым сторонником Франко с карлистских позиций.
Свои философские взгляды Лира основывал на трудах Хуана Васкеса де Мельи и Хуана Доносо Кортеса. Если тезисно, то выходит примерно следующее:
1⃣ Человек сам по себе является рациональным индивидом.
2⃣ Общество и нация состоят из людей, но люди сами по себе могут жить автономно и вне общества.
3⃣ Нации складываются скорее случайно. Однако эта случайность не предполагает мимолетность, несерьезность или ненадежность: с течением веков нация укрепляется через свои традиции. Нация не является импровизацией, ее укрепляют «древность и набор переживаний, которые зарядили ее страданиями и славой». Позиция Лиры основана на этой традиционалистской предпосылке:
Ни одно поколение не обладает […] правом изменить корень курса нации […], потому что еще до того, как оно появилось, уже существовало наследие славы предков и достижений ушедших поколений.
4⃣ У человека в таких предпосылках возникает двойная привязка: с одной стороны человек как личность принадлежит своей нации и ее традициям, с другой стороны, человек также принадлежит промежуточным между национальным государством и человеком корпоративным сообществам: семье, армии, церкви и т.д.
5⃣ Из этого Лира выводит понятия социального суверенитета и политического суверенитета. Социальный суверенитет - это суверенитет общества как организма или системы: то, как оно само себя регулирует. Главная функция социального суверенитета - нивелировать влияние философского либерализма на современное общество и помочь в этом должны средневековые испанские Кортесы, которые должны заменить собой демократический парламент. Кортесы не являются политическими образованиями:
Они не управляют, они выявляют потребности и указывают решения; они не являются органами политического суверенитета.
Политический суверенитет по сути является государственном суверенитетом. Если в классическом либерализме разделение между государством и обществом является ресурсом, который стремится защитить общество от злоупотреблений со стороны государства, то в традиционализме Лиры политический суверенитет представляет государство как принцип национального единства. Признание политического суверенитета защищает государство от «местничества» гражданского или национального общества. Поэтому государственное образование должно быть чрезвычайно сильным. Только сильное государство может регулировать деятельность нации в условиях автономии и независимости:
Без этой независимости центробежные силы регионального и классового исключительности могли бы поднять голову и поставить под угрозу национальное общество. С этой целью государство концентрируется, в конечном счете, на личности монарха, каудильо или диктатора. Монарх должен управлять […], он должен считать себя обладателем трех функций, присущих всякой власти: законодательной, административной и судебной.
По крайней мере часть философских идей Лиры очень хорошо усвоил Хайме Гусман, в особенности разделение политического и социального суверенитета.
В этой же традиции, кстати говоря, читается стремление к деполитизации общества: политические партии и политики плохи не только потому, что они существуют благодаря либералам, но и потому, что они ломают социальный суверенитет и ведут страну и нацию к хаосу. Одному бразильскому либертарианскому блогеру точно бы понравились некоторые из представленных тейков)