Имидж фармы: цены и доступность лекарств

Питер Колчински из RA Capital написал прекрасный текст о том, как необходимо улучшать имидж биотеха и фармы в глазах публики, чтобы у той не возникало желания поддерживать инициативы по снижению цен на новые лекарства (в США). То, что он говорит, относится в первую очередь к США – американские налогоплательщики в основном и спонсируют разработки новых лекарств, путем выплат страховых премий.

Вкратце перескажу его тезисы здесь:
- высокая цена на новые лекарства – это не навсегда, а до падения патента, в отличие от госпиталей и услуг, которые бесконечно дорожают. Причем даже эти высокие цены оправданны: как правило, они позволяют как раз сэкономить на госпитализации и услугах. Кстати, затраты на лекарства в США составляют 9,1% от расходов на здравоохранение (см. рисунок в комментах), и только часть из них – это новые лекарства.
- высокая цена делает этот рискованный сектор привлекательным для венчурных инвесторов. Если за высокий риск не удастся получить высокое вознаграждение – кто захочет так рисковать? Ограничение цен просто замедлит разработку новых лекарств – в результате пострадают все.
- что нужно ограничивать или совсем отменять – так это выплаты из кармана больных. Человек и так всю жизнь платил страховую премию, так зачем же еще выкладывать, когда ты заболел? Чтобы иметь skin in the game? Неужели кто-то будет прикидываться диабетиком, чтобы получать бесплатные инъекции инсулина? Или имитировать рак, чтобы получить химиотерапию? Но это не проблема фармкомпаний, это проблема системы страхования и ее непрозрачности. Наоборот, фармкомпании помогают пациентам получить лекарства по страховке, и если что, то и бесплатно раздают. Там тоже люди работают.
- фарминдустрия рекламирует лекарства, но почти не рекламирует себя. А если рассказывает – то только об успехах, и люди плохо представляют себе, как сложно разработать лекарство и как велик риск провала. Я попробовал это исправить в своей записи об Amylyx.

Распространенная критика фармы:
- государство уже сделало немалый вклад в разработку многих препаратов, поддерживая фундаментальные исследования или с помощью различных фондов. Так почему же налогоплательщики должны снова оплачивать лекарство в случае успеха? Что сказать, так устроен капитализм, и я не буду тут защищать сложившуюся систему. Возможно, в ней есть какая-то несправедливость. Но, во-первых, государство получает свою долю в случае успеха (эта доля невелика, потому что денежный вклад, как правило, невелик). Во-вторых, если бы не ожидания будущих продаж, компаниям бы не удалось найти сотни миллионов инвестиций для новой разработки, и она бы так и осталась на раннем этапе.
- директора в фарме получают десятки миллионов долларов в год, какого черта? Я задал этот вопрос Питеру в Х, расскажу, если он ответит. Мой ответ такой: за такую ответственную и рискованную работу вознаграждение должно быть большим. Футболисты, или звезды кино, или айтишные директора получают не меньше, а тут люди буквально спасают миллионы жизней.
- фарма тратит всего лишь около 20% на R&D, остальное – это прибыль. Да и то скорее всего завышенная цифра, настоящие цифры они скрывают. Теории заговора комментировать не буду, но фарма практически не более прибыльна, чем остальные высокотехнологичные секторы. 20% – это среднее, а некоторые компании тратят и 25%, и 50% (Merck&Co). 20% – это вполне на уровне другого хайтека.
- почему цена лекарств на рынке настолько выше себестоимости? Скажем, Трикафта, на примере которой Питер рассматривает вопрос цены и доступности, стоит $300 000 в год, а ее себестоимость, по оценкам, около $6000. Даже если учесть все затраты на R&D, не должна ли маржинальность быть поскромнее? Возможно, но, опять же – упадет привлекательность разработки для инвесторов.