​​#киносодомиумора Если бы сейчас подводил итоги киногода, то в разделе «документальное квир-кино» непременно упомянул бы Disclosure, - фильм,снятый Сэмом Федером для Netflix о репрезентации транс-людей в Голливуде.

Звучит нудно, а зрелище и умное, и познавательное, и увлекательное. Редкая возможность примерить транс-очки, посмотреть на знакомое кино глазами трансгендерного человека.

Так выясняется, что это немного другое кино. Визуальное искусство, моделируя мир, работает на разных уровнях, то есть способно, например, оскорбить, желая произвести впечатление, как было с Жестокими играми, где герой, увидев член у возлюбленной, бежит блевать, - эта сцена породила несколько комических продолжений («Айс Вентура», «Голый пистолет»), предлагая, очевидно, посмеяться не вместе с транс-человеком, а над ним. Страдания главного героя в «Парни не плачут», показанные в страшной убедительности, тоже вызывают отторжение транс-персоны, которой, - что логично, - хочется быть счастливой и видеть на экране ролевые модели счастьем не обделённые.

Фильм можно смотреть по-разному, - например, как факультатив по современному сторителлингу. Там вполне убедительно доказано, почему сценаристы «Далласского клуба покупателей» были не совсем чисты в намерениях, представив транс-человека как удобную для сюжета жертву, и почему режиссер оскароносной картины принял решение спорное, пригласив на эту роль цис-гендерного мужчину, Джареда Лето.

По важности «Disclosure» сопоставим, может, только с The Celluloid Closet, давшим голос голливудским геям и лесбиянкам и показавшим, как менялось восприятие двух первых букв ЛГБТ в американском кино, как они были клоунами, источником опасности, мучениками, пока, наконец, не получили возможность быть просто людьми, на равных правах с прочими.

«Disclosure» миксует интервью транс-людей с фрагментами фильмов и телешоу. Сравнения с «Целлулоидным шкафом» неизбежны: транс-человек был на экране фигурой комической, был исчадием ада, был мишенью. Эволюция в общих чертах похожая, но все же иная, поскольку трансфобия может быть присуща и тем, кому, казалось бы, сам бог велел быть терпимым, - жить, давая жить другим. Одна из показательных сцен - фрагмент хроники во время Стоунволлских бунтов, где трансгендер (да, знаю, это слово некоторые считают некорректным, но мне нужны синонимы, а я, подумав, решил, что все-таки вижу в нем не негатив, а только вполне уместную редукцию)? - так вот, где трансгендер, явно нетрезвый, кричит в негодующую толпу геев, что имеет право быть здесь, потому что жизнью платит за это право, лишенный работы и дома.

«Разоблачение», вытянув в линейку трансгендерные образы разных лет, показывает, как важна бывает на экране даже самая малая мелочь, - той ложкой к обеду стал, например, анимационный Баггз Банни, заяц-герой, трансгрессия которого не просто забавна, но и позитивно окрашена. Лилли Вачовски, с благодарностью вспомнив этот мультфильм, сообщает и о том, что именно из конфликта между внешним и внутренним, между подлинностью и внешностью возник образ «Матрицы», гениальный образ, универсальностью своей описывающий уже не только мироощущение транс-человека.

Им ничего не даётся просто так, они сами должны принимать решение, как именоваться, какую иметь физическую оболочку, сколько себя давать миру. В фильме часто звучит слово «выживание», - бесконечный, неостановимый, далеко не всегда комфортный разговор с собой, с людьми, обстоятельствами.

Транс-люди говорят - и это главное достоинство фильма. Если человек преодолел все, если создал настоящего себя, то он оказывается способен на поразительной глубины раздумья о самой человеческой сути, а не только о том, кто мальчик, кто девочка. Герои «Disclosure», состоявшись в своей транс-идентичности, дают пример состоятельности человека как человека, существа думающего.

Пять звезд из пяти. Дал бы и все шесть.