Часть 3. Феноменологический взгляд.
В феноменологическом подходе (например, психодинамике и травма-ориентированной терапии) депрессивный симптом рассматривается как сигнал о бессознательном конфликте, организации Самости и способах регуляции аффекта.
И более того, у депрессии могут быть конкретные задачи и она может быть вариантом адаптации психики к невыносимым условиям.
✅Например:
📍Депрессия может выражать непереносимую потерю (реальную или символическую), когда психика не может интегрировать опыт утраты, и аффект «оседает» в виде тоски, вины, самообвинений.
📍Депрессивный симптом может выполнять защитную функцию: снижать активность, «замораживать» отношения, защищать от повторной травматизации или от невыносимых желаний/агрессии.
📍Депрессивные состояния часто связаны с ранним дефицитом привязанности, хронической активации стресс-систем, дисрегуляции аффекта и нарушений ментализации.
✅Как это бывает?
Любая травма* начинается не с травмы. Она начинается с трудностей.
*Определимся сразу, что травма - это событие/цепь событий, превышающих способность психики к адаптации; трудности – это то, что сложно, но возможно преодолеть. Но… Все контекстуально (ага, не так однозначно(с)).
Скажем, для жителя примитивного племени трудности - далеко не то же самое, что для изнеженного условного «зуммера». Правда же? И норма для двух этих людей будет иметь ОГРОМНЫЕ различия.
📍Один должен суметь убить льва и это будет трудно, но в границах нормы.
📍Второй окажется в той же саванне и лев станет для его психики вполне себе основой для ПТСР.
Если зуммер сможет адаптироваться, то для него опасность и травматическая раньше ситуация станет трудностью.
Если не сможет – увы. «Лев» (= травматическое событие, ставшее непосильной ношей для психики) сожрет его спустя много месяцев-лет.
✅ А если это ребенок? И трудности он преодолевает с помощью родителей?
Эта трудность может стать опытом при условии участия и способности родителя это выдержать и помочь.
Если помочь некому, и даже банально пожаловаться невозможно по любой причине, то увы!
Травмой станет не сама трудность даже. А одиночество, пустота и отсутствие участия (защиты etc). И невозможность для психики ребенка переработать событие в опыт успешного преодоления.
Вместо него появятся долговременные повторяющиеся ощущения стыда, беспомощности и эмоционального оцепенения.
Надорвется дитеныш.
А если у этого дитеныша еще и есть генетические уязвимости, то результатом этого «надорвался» может стать такая адаптация, которая не будет адекватна среде вокруг вне пределов родительской системы.
✅ Вот двое детей, выросших в насилии физическом и ментальном (читай «в саванне со львами и крокодилами»).
Условия похожи очень. Но одному из них в генетической лотерее достались сильный темперамент и сниженный уровень эмпатии. А второму она же дала огроменную эмпатию и быструю истощаемость.
Способы адаптации у этих детей будут разными. Очень разными. Просто в силу темперамента хотя бы.
Адаптации сплетутся в клубок с генетикой/биологией, семейные системы добавят установочных посланий/правил и мы получим два совершенно разных личностных профиля.
Один будет адаптироваться через насилие над более слабым, вечную паранойю, химические зависимости и нарушение социальных норм, а второй научится считывать самые тонкие эмоции окружающих, перестать чувствовать свои, преобразуя их в боль в теле, и становиться серым камушком в любой ситуации, похожей для него на опасность.
Может ли быть депрессия у них обоих? Вполне. Может ли она быть симптомом Конечно!
Но какими же разными будут причины и конфликты!