Через неделю стадион делает заявление: договора на этот концерт у него нет. Не перенос, не задержка. Площадка говорит, что вообще не в курсе.
Дальше полтора месяца человек живет между двумя версиями. Агентство говорит, что переписка была и документы есть, просто их подставили. Стадион повторяет одно: договора нет, зарубежных артистов в октябре не будет.
Человек просит деньги назад. Ему отвечают, что билет был по акции, а такие не возвращают.
Он пишет в Роспотребнадзор, там видят, что на сайте людям не дали полную информацию. Еще 132 покупателя пишут в комитет по культуре и узнают оттуда простую вещь: заявку на согласование концерта никто не подавал. В Воронеже человек идет в суд на 145 тысяч за четыре билета, в Москве другой на 46 тысяч.
30 сентября приходит ответ: концертов 10 и 11 октября не будет. Возврат денег откроется 12 октября.
То есть деньги начнут отдавать на следующий день после того, как сгорел его плацкарт.
А потом глава агентства Анна Субчева сказала то, чего от нее не ждали.
Мы рассуждали так: мы же доверяем, мы имеем гарантийное письмо.
Мы себя юридически не защитили. И это наши проблемы.
Все выходят в анонс, не имея на руках договора аренды, подписанного с двух сторон.
В том письме стояли две даты: продажи можно открывать с 14 августа, договор подписать до 28 августа. Им предложили собирать деньги раньше подписи, и они согласились.
Сам Канье за полтора месяца не сказал ни слова. Его это не коснулось.
Теперь переверните картинку и посмотрите глазами тех, кто продавал.
Сто тысяч билетов за двое суток. Деньги на счете, вся страна обсуждает. Им казалось, что сила теперь у них и стадион никуда не денется.
Вышло ровно обратное. Каждый проданный билет забирал у них право встать и уйти. Стадиону было все равно, он мог молчать неделями. А им надо было договориться любой ценой, потому что за спиной стояли люди с билетами и отпусками.
И вторая вещь. Стадиону хватило одной строчки: договора нет. Агентству понадобились документы, скриншоты, объяснения и слово "провокация". Когда вашу правду приходится доказывать пачкой бумаг, а чужую укладывают в пять слов, вас уже не слушают.
Самое честное тут сказала сама Субчева. Не стадион виноват, не хаос, не кто-то, кто все затормозил. Это наши проблемы. После такой фразы спорить больше не о чем.
Как только вы начали продавать то, что еще не подписано, условия диктуете не вы. Вы начинаете просить.
"Даты объявляем в день, когда договор подписан с двух сторон. Не раньше".