Часть 4. Феномен линейного голосования
Порядок кандидатов
Давайте вернёмся к причине, по которой избиратели путают кандидатов в суперинтенданты с кандидатами от партий. Смотрите, на всех остальных выборах есть партийные аффилиации, а кандидаты в бюллетене выстроены в порядке уменьшения количества депутатов у их партий в национальном парламенте. Например, в последние годы большинство в парламенте у Демпартии, поэтому в 2022г. на региональных выборах все кандидаты от Демократов стояли в бюллетенях первыми, а от Силы народа — вторыми, и т. д. Когда большинство было у Консерваторов, первыми были их кандидаты. В Чолла консерваторы получают мизерные проценты, но все равно будут на первом месте, если в национальном парламенте у них большинство. Для избирателей это облегчает задачу — их кандидаты обычно на двух первых позициях, так как большинство голосует за две основные партии. Поэтому если ты, например, за либералов или консерваторов, то выбираешь почти везде среди тех, кто в первой строке или во второй. А кто там дальше по списку — тебе уже не важно. Это проблемы "Особенных" и "Не таких как все", проще говоря: "Сторонников малых партий"
На выборах суперинтендантов партий нет, поэтому кандидаты выстроены в ПРОИЗВОЛЬНОМ ПОРЯДКЕ. Так и возникает «феномен линейного голосования». Избиратели голосуют за кандидата на первой или второй позиции, в зависимости от того, на какой из них по их мнению должен быть кандидат от поддерживаемой ими партии. Например, консервативный избиратель голосует за первого в списке, потому что надеется проголосовать за Консерватора. Но на самом деле, он отдаёт свой голос за абсолютно рандомного человека, возможно даже, противоположных взглядов. Так, очень быстро выборы превратились в «лотерею», где нужно оказаться на первых двух позициях в бюллетене в случайном распределении, тем самым кратно увеличив свои шансы на победу.
Такой же эффект был и на выборах депутатов в местные и региональные советы, которые в 1995–2002 гг. тоже были беспартийными. В итоге с 2006 г. на всех местных выборах участие партий было разрешено. А вот на выборах суперинтендантов, как в 2006–2007 гг. беспартийность была введена в качестве обязательного условия, так и осталась до сих пор.
Как решали проблему
В 2014 г. был изменён вид бюллетеней. Кандидатов распределили не вертикально (сверху вниз), а горизонтально (слева направо), причём в каждом избирательном округе порядок кандидатов начали миксовать. На картинке, приложенной к посту вы можете посмотреть пример бюллетеня на выборах в Седжоне 2018 года: четыре кандидата и четыре варианта их расположения в бюллетенях в разных частях города. Но кажется, что проблему эти усилия решили лишь частично, так как избиратели всё равно голосуют за первых: не за верхнего, так за левого в списке. Да, миксование кандидатов немного скрывает проблему, но не решает её. Большинство по-прежнему голосует наугад. Исключение, если среди кандидатов есть действующий суперинтендант или другой относительно известный избирателям политик.
Не баг, а фича
Забавно, как кандидаты пользуются уязвимостью системы и пытаются подчёркивать свою идеологическую аффилиацию всеми возможными (законными) способами. Например, используют в агитации традиционные для партий тех или иных лагерей цвета: красный или розовый, если цель понравиться консервативным избирателям, и синий или жёлтый, если цель понравиться либералам. В иных случаях, копируют позу известных политиков, или ссылаются на них. На картинке приложенной к посту вы увидите 2 пары таких подражаний. Кстати, источником этих наших находок служит очень крутая научная статья на эту тему. Можете отдельно ознакомиться.
Часть 1. Продолжение —>
기자: Fedor Chernetskii
기자: Kenny
🇰🇷 @Korea_Light