Как Вера Набокова переусердствовала, создавая миф о муже?

Перечитываем классиков и современников

Эпизод второй. Проза и драматургия Владимира Набокова 1921–1923 годов

Выпуск седьмой. «Аня в Стране чудес» (перевод повести Льюиса Кэрролла «Алиса в Стране чудес»)

Часть вторая. Как малюточка пчела стала крокодилушкой

В прошлый раз мы установили, что набоковский перевод «Алисы в Стране чудес» в соответствии с традицией переводов того времени является русифицированным.

Русификация эта в полной мере проявляется не сразу. Например, в первой главе ничто не указывает на изменение Набоковым языковой и культурной среды книги, за исключением имени героини. Поэтому перевод В. В. первой главы сказки Кэрролла не сильно отличается от переводов, которые не были русифицированы.

Более того, предпринятая Набоковым попытка адаптировать текст не является последовательной. Например, во второй главе Белый Кролик, причитая по поводу своего возможного опоздания, упоминает Герцогиню, хотя в русскоязычной среде уместнее смотрелась бы Княгиня или хотя бы более универсальная Графиня.

Русификации В. В. подверг не только имена, но и культурный контекст. Это хорошо заметно на примере перевода пародии на дидактическое стихотворение Исаака Уоттса «Противу Праздности и Шалостей» (1715 год), которая содержится во второй главе сказки Кэрролла.

В оригинале пародируемое стихотворение начинается так:

«How doth the little busy Bee

Improve each shining Hour

And gather Honey all the day

From every opening Flower!

How skilfully she builds her Cell!

How neat she spreads the Wax!

And labours hard to store it well

With the sweet Food she makes».

Перевод на русский:

«Как дорожит любым деньком

Малюточка пчела! –

Гудит и вьется над цветком,

Прилежна и мила.

Как ловко крошка мастерит

Себе опрятный дом!

Как щедро деток угостит

Припрятанным медком!»{1}

Кэрролл преобразовал этот текст следующим образом, заменив маленькую пчелу на маленького крокодила:

«How doth the little crocodile

Improve his shining tail,

And pour the waters of the Nile

On every golden scale!

How cheerfully he seems to grin,

How neatly spread his claws,

And welcome little fishes in

With gently smiling jaws!»

Первый переводчик «Алисы в Стране чудес» на русский, оставшийся анонимом и тоже сделавший адаптацию, которая называется «Соня в царстве дива»{2}, использовал в качестве объекта пародии не текст Уоттса, а гораздо более известные строки из пушкинских «Цыган»:

«Птичка Божия не знает

Ни заботы, ни труда;

Хлопотливо не свивает

Долговечного гнезда;

В долгу ночь на ветке дремлет;

Солнце красное взойдет,

Птичка гласу Бога внемлет,

Встрепенется и поет»{3}.

В «Соне в царстве дива» пародия звучит следующим образом:

«Киска хитрая не знает

Ни заботы, ни труда:

Без хлопот она съедает

Длиннохвостого зверка.

Долгу ночь по саду бродит,

Как бы птичку подцепить,

И мурлыча песнь заводит,

Чтоб доверье ей внушить.

А как утром солнце встанет,

Люди выйдут погулять,

Киска сытенькая сядет

Морду лапкой умывать»{4}.

Почин поддержала Поликсена Соловьёва в переводе 1909 года, вернув в пародию крокодила и тем самым приблизившись к оригиналу Кэрролла:

«Божий крокодил не знает

Ни заботы, ни труда:

Он квартир не нанимает

И прислуги – никогда.

Ночью спит, зарывшись в тину,

Солнце ль красное взойдет,

Крокодил нагреет спину,

Щелкнет пастью и плывет»{5}.