Перечитываем классиков и современников

Эпизод второй. Проза и драматургия Владимира Набокова 1921–1923 годов

Выпуск третий. «Николка Персик» (перевод повести Ромена Роллана «Кола Брюньон»)

Часть третья. «Николка Персик» Владимира Набокова и «Кола Брюньон» Михаила Лозинского

Ранее мы проследили историю публикации набоковского «Николки Персика» и вспомнили, кто еще переводил «Кола Брюньона» на русский.

Сегодня сравним избранные места из переводов Набокова и Лозинского.

Многие предложения они перевели почти одинаково, что не редкость, когда речь идет о небольших фразах из прозаических переводов.

Примеры:

«Самое-то горькое в смерти – это, видишь ли, молчание…» (Набоков{1}).

«Самое тяжелое в смерти, видишь ли, – это молчание…» (Лозинский{2}).

«Здесь я хозяин и князь» (Набоков{3}).

«Здесь я хозяин и повелитель» (Лозинский{4}).

«К чёрту большие дороги, ведущие прямо к цели!» (Набоков{5}).

«К чёрту большие дороги, которые ведут прямо к цели!» (Лозинский{6}).

В более крупных отрывках можно проследить и большее число отличий:

«И смеют они еще вмешивать Бога в свои дела! Клянусь брюшком рыбки, добрые люди: Бог не нуждается в вашей опеке! Он совершеннолетний» (Набоков{7}).

«А что до их претензии вмешивать в свои дела господа бога… нет уж, милые мои голубчики, господа бога вы оставьте! Он человек пожилой» (Лозинский{8}).

«Мое воображенье вертится на подмостках перед глазами разума, сидящего в удобном кресле. Всё делается в угоду мне. Целый мир – театр мой...» (Набоков{9}).

«Фантазия моя оживляется и задает спектакль моему разуму, который ее созерцает, удобно усевшись. Все мне занятно. Театром мне служит вселенная…» (Лозинский{10}).

Любопытно сравнить эти цитаты с диалогом из романа Набокова «Смотри на арлекинов!»:

«– Довольно кукситься! – бывало, восклицала она. – Смотри на арлекинов!

– Каких арлекинов? Где?

– Да везде! Всюду вокруг. Деревья – арлекины. Слова – арлекины. И ситуации, и задачки. Сложи любые две вещи – остроты, образы, – и вот тебе троица скоморохов! Давай же! Играй! Выдумывай мир! Твори реальность!»{11}

Встречаются в этих двух переводах и отрывки, значение которых разнится благодаря отличию использованных Набоковым и Лозинским оттенков:

«Судиться – ничто, иметь – всё» (Набоков{12}).

«Присудить – это вздор, важно иметь» (Лозинский{13}).

Набоков, как видим, сделал акцент на процессе сутяжничества, Лозинский же указал, что мало успешно завершить этот процесс, гораздо важнее – получить присужденное.

А вот пример перевода рифмованного отрывка:

«Во-первых: самое лучшее из всего, что принадлежит мне, конечно, – он, Николка Персик, добрый малый, да бургундец, круглый нравом и брюшком, – и хоть юности не первой (что таить – шестой десяток!) – крепче дуба, целы зубы, взор – что свежая плотва, – и, седея потихоньку, не лысеет голова» (Набоков{14}).

«Во-первых, я имею себя, – это лучшее из всего, – у меня есмь я, Кола Брюньон, старый воробей, бургундских кровей, обширный духом и брюхом, уже не первой молодости, полвека стукнуло, но крепкий, зубы здоровые, глаз свежий, как шпинат, и волос сидит плотно, хоть и седоват» (Лозинский{15}).

В общем, выбирайте перевод себе по вкусу.

{1} В. В. Набоков. Николка Персик // В. В. Набоков. Собр. соч. русского периода: В 5 т. СПб.: Симпозиум, 1999. Т. 1. С. 185.

{2} Р. Роллан. Кола Брюньон // Р. Роллан. Собр. соч.: В 9 т. М.: Правда, 1983. Т. 5. С. 8. – Пер. М. Лозинского.

{3} В. В. Набоков. Указ. соч. С. 188.

{4} Р. Роллан. Указ. соч. С. 10.

{5} В. В. Набоков. Указ. соч. С. 245.

{6} Р. Роллан. Указ. соч. С. 70.

{7} В. В. Набоков. Указ. соч. С. 197.

{8} Р. Роллан. Указ. соч. С. 19.

{9} В. В. Набоков. Указ. соч. С. 199.

{10} Р. Роллан. Указ. соч. С. 22.

{11} В. В. Набоков. Смотри на арлекинов! // В. В. Набоков. Собр. соч. американского периода. Т. 5. С. 106. – Пер. С. Ильина.

{12} В. В. Набоков. Николка Персик. С. 320.

{13} Р. Роллан. Кола Брюньон. С. 153.

{14} В. В. Набоков. Указ. соч. С. 188.

{15} Р. Роллан. Указ. соч. С. 10.