Ещё недавно снимали «Территорию» (раз, два, три), снимали «Перевал Дятлова», где, — и это я с лёгкой завистью, — сценаристы сумели все версии дятловедения интегрировать в ткань так, чтобы ткань нигде не порвалась — почти «Рукопись, найденная в Сарагосе». А сейчас от любого российского сериала с первых кадров гнетущее ощущение, будто тебя в школе сняли с последнего урока и повели всем классом на обязательный сеанс по разнарядке минкульта. Если вместо математики — ладно, спасибо. Но, как правило, это был воспитательный час, на котором можно спокойно написать записочку девочке или сделать домашку. Заняться своими делами. Но надо сидеть и смотреть это.

Непонятно, кто снимает, для кого снимает и зачем.

В мире, в общем, не сильно иначе. Там это называют кризисом индустрии.

Я уже писал про роскошь стоимостью в билет. Так вот, кино не умирает. Умирает зритель — как позиция, как способ присутствия, как свидетель. Все хотят и ждут чего-то нового, интерактивного, где можно свайпнуть сюжет.

И так будет. Просто сидеть в платоновской пещере и смотреть на стену стало опасно: у сидящего слишком много свободного внимания, он может опомниться и обернуться.

Поэтому его больше не приковывают. Ему дают ворошить угли, выбирать композицию тени и её динамику. Руки заняты и оборачиваться уже незачем — ты уже соучастник.

Цепи были как-то интереснее.