Как говорится, следите за руками.

Никарагуа, начало XX века. Кризис, нехватка продовольствия. Жаркий климат, отсутствие холодильников, обычное молоко и сливки — большая роскошь. На помощь приходят американские консервы. В 1930х США активно начинает продвигать сгущёнку и концентрированное молоко в странах Центральной Америки.

Nestlé, крупнейший игрок на этом рынке, печатают прямо на банках варианты рецептов. Один из таких рецептов — бисквитный торт, пропитанный молоком (некая вариация итальянского zuppa inglese, который в свою очередь вариация британского trifle) очень приходится по вкусу никарагуанским хозяйкам. Удобно, быстро, сладко.

Позже торт кочует в другие страны Латинской Америки, но особенно хорошо распространяется по Мексике, где его доводят до ресторанного блеска и провозглашают чуть ли не главным национальным десертом.

Переносимся в Албанию 1990-х. После падения режима Энвера Ходжи Албания открывается миру, и одной из первых культурных инъекций становятся латиноамериканские сериалы (прям как у нас). Телевизоры по всей стране начинают крутить мексиканские мыльные оперы, где герои в перерывах между выяснениями отношений едят какой-то непривычный и очень манящий тортик pastel de tres leches. Впечатлённые албанские зрители начинают искать, готовить и пробовать.

После албанцев моду подхватывают турки, и сладкий пропитанный торт уже прочно оседает на Балканах. По дороге где-то теряются латинские корни и tres leches превращается в trileçe.

А сегодня в 2025 году в Москве на рынке ФудСити я покупаю этот торт в азербайджанской лавке, после чего сажусь писать краткий экскурс в историю прекрасного десерта, который можно считать одним из символов глобализации.

Рецепт, кстати, я уже показывал.