Кино имени Павла VI

В 1968 году Папа Павел VI опубликовал энциклику Humanae Vitae — документ о любви между супругами и деторождении. Спокойно он принят не был — критика и сопротивление были громкими, а дискуссии о том, как Церковь отстала от мира, получили очередной толчок. Спустя почти 60 лет, однако, эти слова звучат пророчески:

Наконец, надо тщательно взвесить, какую опасную власть даст это земным правителям, которые нимало не заботятся о соблюдении нравственных законов и заповедей. Сможет ли кто-нибудь осуждать глав государств, которые, аргументируя трудностями, переживаемыми всей своей нацией, будут использовать в масштабах всей страны те же методы, которые супруги считают дозволенными для разрешения своих семейных трудностей? Кто запретит общественным властям благоприятствовать насаждению искусственных методов, препятствующих рождаемости, которые они будут насаждать как более эффективные или, более того, предписывать всем в обязательном порядке, если посчитают это необходимым? И это, конечно же, случится, если люди возжелают избежать трудностей, внутренне присущих божественному закону и испытываемых как отдельными лицами, так и семьями и обществом в целом, и с этой целью позволят правительствам вмешиваться в глубоко интимный и присущий лишь супругам дар передачи жизни.

Фильм "Гаттака", вышедший в 1997 году, хоть и с оговорками, но показывает нам именно этот мир. Генетически "негодных" детей хоть и не отсеивают до рождения, но сортируют после. В этом мире такой человек как Винсент — рожденный с болезнью сердца и близорукостью, заранее определен в группу людей второго сорта. Не только в чьем-то сознании — в реальности тоже.

В фильме нет прямого упоминания абортов, контрацепции и ЭКО — но это и не нужно. В мире, где чистота генов становится главным преимуществом, сам по себе возникает вопрос — почему бы не отсортировывать детей с отклонениями еще до рождения ? Зачем вообще давать им рождаться ? Или, как сказал Павел VI, кто запретит общественным властям благоприятствовать насаждению искусственных методов, препятствующих рождаемости, которые они будут насаждать как более эффективные или, более того, предписывать всем в обязательном порядке, если посчитают это необходимым?

Самая зловещая деталь фильма — это год его выхода. Он вышел в 1997 году и происходит в "недалеком будущем". Данное эссе написано мной в 2026 году. Мы, конечно, еще не в Гаттаке — но направление довольно очевидное. С появлением ЭКО отсеивание эмбрионов уже стало реальностью. А если в ходе УЗИ у ребенка обнаружат что-то вроде синдрома Дауна — это вполне себе повод прервать беременность. Если разрешить дирижировать воспроизводством людей, им будут дирижировать. И дирижировать будет тот, у кого сила. Эта логика, обнаруженная Павлом VI, уже не гипотеза. Это тренд.

Есть, однако, одна деталь, которая мне не понятна. Предполагается, что я должен сочувствовать Винсенту — аутсайдеру, чья сила воли сломала систему. Это очень похвально, но чувств особых не вызывает. Совсем другое дело Джером — человек, рожденный с идеальными генами, и все равно попавший в зависимость. Я вижу в нем до предела трагичную фигуру —  у него было все, чтобы преуспеть в системе, но его собственная гордыня помножила это все на ноль. Мир Гаттаки обещает нам, что если мы уничтожим генетические пороки, мы прекратим страдание. Джером — это тихое свидетельство того, что это не так.

Павел VI писал о браке и планировании семьи. Оказалось, однако, что он так же писал о Гаттаке. У Церкви явно есть привычка говорить правильные вещи слишком рано.

Isidore