Правообладатель ответил, что регистрация спорных товарных знаков обусловлена наличием у него исключительной лицензии на использование переработанной в 1971 г. версии колоды и необходимостью защитить свои права и права лицензиара от растущего объема контрафактных колод.
СИП признал действия общества недобросовестными, а президиум СИП его кассационную жалобу отклонил.
Абстрактно соглашаясь с тем, что действия правообладателя по защите исключительных прав осуществляются в рамках реализации правомочий этого лица, президиум СИП напомнил, что с учетом разъяснений Верховного Суда РФ
действия по приобретению прав на товарный знак и по применению правообладателем конкретных мер защиты могут быть признаны судом недобросовестными и ему может быть отказано в защите права с учетом совокупности конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о неразумном и недобросовестном поведении, которое приводит к нарушению баланса интересов участников правоотношений.
Особенно важна оценка добросовестности в ситуации, когда точное следование букве закона нарушает дух закона и внешне законными действиями совершается недобросовестное деяние.
Формы НДК могут быть различны, как может быть различна и цель совершения конкретных действий.
Президиум СИП подчеркнул установленный судом в обжалуемом и иных судебных актах факт воплощения в спорных знаках именно колоды 1909 г., перешедшей в общественное достояние.
Само общество подтвердило, что целью регистрации спорных знаков было препятствование нахождению на рынке карт иных производителей, поскольку у него есть соответствующая лицензия, а товарные знаки защищать проще, чем объекты авторского права.
На это президиум СИП ответил:
В отличие от объектов авторского права, товарные знаки запрещается использовать третьим лицам не в любых целях, а только в целях индивидуализации товаров.
В связи с этим в настоящем споре важным является то, что речь идет об изображениях, наносимых на карты единой колоды (неделимой вещи) не только в целях индивидуализации этой колоды, но и для использования в составе самой колоды по прямому назначению.
При этом, как установил суд первой инстанции, общество фактически осуществляет исключительные права на свои знаки в том числе для запрещения иным лицам продажи самих колод карт Таро Райдера-Уэйта как таковых.
Это расходится с существом исключительного права на товарный знак.
Кроме того, принципиальным является и тот факт, что изображения колоды карт 1909 г. перешли в общественное достояние (согласно позиции истцов - до даты приоритета спорных знаков, по позиции ответчика – вскоре после даты приоритета спорных знаков, но до их регистрации).
Фактически такая регистрация направлена на не предусмотренное законом продление (если карты перешли в общественное достояние в 2022 г.) или возобновление (если они перешли в общественное достояние в 2013 г.) правовой охраны изображений - за пределами действия исключительного авторского права средствами защиты товарных знаков.
Сама по себе регистрация в качестве товарных знаков объектов авторского права возможна (при соблюдении условий, предусмотренных пп.1 п.9 ст. 1483 ГК РФ, п. 74 Постановления № 10).
Однако такая регистрация, осуществленная не в целях индивидуализации товаров, а в целях запрещения введения в оборот экземпляров произведения после перехода этих произведений в общественное достояние, носит недобросовестный характер.
Такая регистрация направлена против интересов лиц, обладающих гарантированным Конституцией РФ правом свободного использования своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности и фактически использующих эти способности на дату приоритета спорных знаков.
Постановление Президиума СИП от 24.04.2026 по делу № СИП-850/2023