Поскольку сам владелец товарного знака не вправе по законодательству ограничивать распространение на пространстве ЕАЭС товара, поставленного в любую из государств-членов ЕАЭС с его согласия, то такое право не возникло и у истца, даже при наличии договора исключительной лицензии с ним в качестве одного из дистрибьюторов в одном из государств-членов ЕАЭС. Получение в указанном контексте отдельного согласия от исключительного лицензиата на территории Российской Федерации, на чем настаивает истец, противоречит приведенным нормам национального и международного законодательства и разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации.

Суд по интеллектуальным правам оставил без изменения вынесенные ранее судебные решения об отказе в удовлетворении иска о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, поскольку имеет место региональное исчерпание исключительного права на заявленный товарный знак в связи с введением спорного товара в гражданский оборот на территории одного из государств-участников ЕАЭС под контролем правообладателя.

http://ipcmagazine.ru/news/7534-news5944