Я снова про войну и стратегическую культуру.
Когда говорят, что против американцев во Вьетнаме воевал Сунь-цзы, это звучит как отточенная метафора. Но в этом тезисе есть реальное историческое ядро. Просто все было куда сложнее. Нет, конечно я не буду писать о том, что Во Нгуен Зиап держал на столе древний свиток и механически следовал цитатам. На самом деле Вьетнамская революционная армия встроила идеи Сунь-цзы в собственную стратегическую культуру. А США уже после войны были вынуждены изучать тот интеллектуальный арсенал, который сработал против них.
Самое интересное начинается с Хо Ши Мина. Он переводил и комментировал трактат Сунь-цзы еще в 1940-е годы, когда шло формирование революционных вооруженных сил. Во вьетнамской версии это был полноценный рабочий инструмент. Его приспосабливали к современному конфликту, к антиколониальной борьбе и к логике долгой войны на истощение. На мой взгляд,
А причем тут фигура Во Нгуен Зиапа? Американские военные исследователи пишут, что и Хо Ши Мин, и Зиап внимательно читали Сунь-цзы. В публикациях Army University Press и Military Review этот сюжет разбирается без особой романтики и телеграмного упрощения. Там подчеркивается набор принципов, который потом проявился и против французов, и против американцев: не принимать бой на чужих условиях, бить по слабым местам, скрывать намерения, использовать время, пространство и политическую волю как такие же ресурсы, как артиллерия и пехота.
Битва при Дьенбьенфу в 1954 году часто демонстрируется как лучшая иллюстрация этой школы. Французы рассчитывали навязать Вьетминю сражение в удобной для себя точке. Вышло наоборот. Зиап превратил укрепленный лагерь в ловушку для самих французов. Он не просто собрал силы. Он провел гигантскую скрытую логистическую операцию, протащил артиллерию через тяжелый рельеф, добился эффекта окружения и заставил противника воевать в невыгодной конфигурации.
Это отчасти напоминает логику Сунь-цзы: побеждает тот, кто заранее меняет условия боя. После падения Дьенбьенфу последовали Женевские соглашения 1954 года, которые и закрепили раздел Вьетнама на Северный и Южный.
Позднее та же логика работала уже против США. Американская армия имела несопоставимо больше техники, авиации и огневой мощи. Но Вьетнам не играл по этой схеме. Американцы сами пишут спустя время, что вьетнамская сторона стремилась нейтрализовать технологическое превосходство США через близкий контакт, рассредоточение, политическую мобилизацию и затяжную войну, где вопрос стоял не только о контроле над территорией, но и о том, кто дольше выдержит.
Это и есть один из самых неприятных для Вашингтона уроков Вьетнама: можно выигрывать массу боестолкновений и проигрывать саму войну.
Тут место для настоящей исторической иронии. После войны американская военная школа стала гораздо внимательнее относиться к Сунь-цзы. Не потому, что внезапно открыла для себя древнекитайскую мудрость. А потому, что пришлось разбираться, почему противник, уступавший по ресурсам, оказался стратегически сильнее. В системе профессионального военного образования США «Искусство войны» закрепилось очень прочно. В Army War College текст Сунь-цзы включался в обязательное чтение по курсам теории войны и стратегии. Army University Press развивает целую серию Art of War Papers. В современной армейской среде регулярно напоминают, что большинству американских офицеров рекомендуют читать Сунь-цзы еще на ранних этапах подготовки.
Сначала Сунь-цзы помогал бить Запад. Потом Запад начал учиться у того, кто бил его самого.
#война #стратегическаякультура
📱 Меморыч: почти все о политике памяти