Распространенное заблуждение принимать за любовь то, что на самом деле есть лишь иллюзорная форма любви, основанная на ненависти, а именно на ненависти к самому себе и бегстве от самого себя. В своих «Pensées» [«Мыслях»] Блез Паскаль блестяще изобразил тип человека, включенного во всевозможные формы внешней жизни, в игру, спорт, охоту и т.д., в «дела» и в «общественную» деятельность по одной-единственной причине: он боится остановить взгляд на самом себе, стараясь избежать пустоты, ощущения «падения в ничто».

При некоторых психозах, например при истерии, известны случаи своего рода «альтруизма», заключающиеся в том, что больной больше не в состоянии чувствовать самого «себя» и за самого себя переживать любое свое переживание он строит на со-переживании того, что переживает кто-то другой, на его возможном восприятии, на его возможных ожиданиях, на его возможной реакции по отношению к происходящему.

Больной как бы утрачивает «стержень» собственного бытия, пренебрегает своими обязанностями, будучи целиком погружен в переживания «другого» и сам страдает от этого. Он перестает есть или, к примеру, чтобы разозлить «другого», наносит себе рану. То же самое, только в несколько смягченной форме, дано как момент в движении «современного человеколюбия».

Такое поведение принимает иногда форму групповой иллюзии, как, например, у русской интеллигенции, особенно в среде студенческой молодежи, юношей и девушек, которые свою болезненную страсть к самопожертвованию и стремление убежать от самих себя охотно переводят в политические и социально-политические «цели», истолковывая затем свою болезненность как «нравственный героизм».

Встречающийся в последнее время все чаще тип «социального политика», озабоченный всем, чем можно быть озабоченным, только не самим собой и собственными делами, это, как правило, бедный, внутренне пустой человек, движимый стремлением убежать от самого себя.

Шелер, М. Ресентимент в структуре моралей / М. Шелер ; пер. с нем. А.Н. Малинкина. – Санкт-Петербург: Наука, 1999. – 231 с.