Теория плохого народца

Продолжаем рубрику «инсайты от Грегори Кларка». Во всё той же книге «Прощай, нищета!» этот экономический историк говорит, что основная причина бедности стран третьего мира заключается в низкой производительности труда. Управляющих, технологии и капитал можно завезти, но без способной и дисциплинированной рабочей силы производственный потенциал не будет использован по максимуму. Чем сложнее производственный процесс, тем больше у него этапов, тем выше число дорогостоящих ошибок, делающих всё предприятие неэффективным и нерентабельным. Остаётся заниматься сельским хозяйством и прочей незатейливой деятельностью.

Эта теория кажется мне правдоподобной: люди не могут везде быть/стать одинаковыми. В связи с этим у меня появилась аналогичная неполиткорректная спекуляция: что если подобная социоэкономическая логика применима и к построению демократии западного типа? Возьмём наш регион несчастных белых невольников. Скандинавские и немецкие элиты, взаимодействуя со славянским населением, не сформировали ни сословного общества, ни вырастающего из него правового государства. Импорт западноевропейских политических институтов был избирательным либо не приживался. «Особый путь» оказался катастрофой. Кто виноват?

Народовластие – это миф, но до недавнего времени демократии были по всем параметрам лучше альтернатив. Как пишет Кларк в своей книге об (отсутствии) социальной мобильности, за «сменяемостью власти» стоит ограниченный пул кандидатов в правители. Большинство, в свою очередь, обязуется подчиняться законам, принимаемым от его имени, узким кругом лиц. Но везде ли люди в равной степени законопослушные? Конечно, элиты могут быть эксплуататорами, а не культиваторами; но как насчёт «материала», с которым они работают? В голову приходит видоизменённая советская фраза: они делают вид, что пишут законы, а мы делаем вид, что подчиняемся. Прости, дядя Паша, но в теории плохого народца может быть зерно истины…