Достаточно редкий в последнее время новый выпуск.
Традиционная рубрика #Срез_настроений_дня в контакте (с реальностью).
***
Книжный клуб 451F:
"Наступят последние времена, когда девять больных придут к одному здоровому и скажут: ты болен, потому что не такой как мы".
Святой Антоний Великий
***
Иван Карпенко-Гобзев:
Пошёл с утра в деревенский магазин. Только вышел из леса, как ливень начался. Ну вот, – думаю, – сейчас приду как мокрая курица и пиши пропало, все кассирши меня сразу разлюбят. А мимо такси проезжало. Притормозило, водитель рукой машет – залезай. Я залез, он подвёз меня до магазина, денег не взял. По дороге говорил о том, что жить надо затем, чтобы добро делать людям.
Зашёл я в магазин и забыл даже не только за чем шёл, но и про кассирш! Всё думал над словами таксита. Уж не переодетый ли это был Лев Толстой?
***
Нияз Латыпов:
Не могу писать. Я пишу слишком вяло и дурно. А что мне делать, кроме писанья? Сейчас обдумывал свое положение. В голове вертелась такая куча разнородных мыслей, что я долго не мог понять ничего, кроме того, что я дурен и несчастен.
1853 год, 25 июня. 24 года. Лев Толстой
***
Стругацкие - Цитаты из книг:
– Только не забудьте расплатиться, – благодушно сказал он. – Мы, мастера, очень ценим свою работу.
– Да, конечно, – спохватился я. – Разумеется. Сколько я должен?
Он сказал, сколько я должен.
– Как? – спросил я, приходя в себя.
Он с удовольствием повторил.
– С ума сойти, – честно сказал я.
– Такова цена красоты, – объяснил он. – Вы пришли сюда заурядным туристом, а уходите царем природы.
"Хищные вещи века"
***
Александр Молчанов:
Короче, придумал гениальный стартап! Берем текст электронной книги, распечатываем его на бумаге. Потом сшиваем страницы, чтобы было удобнее читать. Можно первую и последнюю страницу сделать из картона, чтобы не мялось и как-нибудь их красиво оформить - ну там, картинка какая-нибудь, имя автора и название.
И продавать.
Ну а что? Заряжать не надо, можно листать и делать пометки на полях, храниться будет практически вечно. Я буквально не вижу минусов. Как думаете, взлетит тема?
***
Светлана Шевердина:
Приходит Бодрийяр в копировальный центр и говорит: Сделайте мне копию. Ему говорят: Давайте. А он удивляется: Что давать?. Ну как, с чего копию делать. Оригинал. А никакого оригинала, — говорит Бодрийяр. — Мне копию без оригинала, мне симулякр. Ну, философа не стали обижать, сделали ему симулякр, уважаемый человек все-таки. Только с тех пор постмодернистов в этот копировальный центр не пускали.
***
Алексей Радов:
Под конец праздников в супермаркете.
- Скажите, а что это за белая жидкость?
- Это водка.
- Как вода с буквой "к"?
- Это наша национальная гордость.
- А по вкусу на что похоже?
- На средство для мытья посуды.
- Я не пробовал.
- Ну тогда на несладкий тоник, с ацетоном.
- А почему тогда это стоит столько денег?
- Водку пьют для эффекта. С нее шатает. Если много выпить, тянет сблевать.
- А кто ее придумал?
- Химик Менделеев.
- Я возьму, пожалуй. Блевать это прекрасно. Помню, у меня был знакомый, блевал. Я думал у него слабый желудок, или ест, что ни попадя. Оказывается, он водку пил.
- Ее много кто пьёт, и бомжи и депутаты, актрисы и строители.
- Пожалуйста, не продолжайте.
И человек взял четыре бутылки "Столичной", вот где собака порылась!
***
Сергей Шмидт:
NN: "В принципе Чак Паланик был остроумно-прав в своем знаменитом высказывании: "Прежде, чем я сопьюсь, мне нужно стать тем, кого называют "художник". Это вроде как оправдывает". Проблема в том, что очень трудно разделить это на стадии - трудно стать художником, не спиваясь".
***
Михаил Бару:
В Москве все кончается обедом. Это в Питере все кончается чашкой эспрессо в два наперстка, маленьким пирожным, которое можно съесть взглядом, еще не донося до рта и долгим, как питерские сумерки, разговором о проблемах поэтики Достоевского, о сопоставлении писем Макара Девушкина Вареньке с письмами Достоевского жене, и приятным послевкусием от долгого пережевывания рассуждений Бахтина, а в Москве… То есть поначалу-то все как в Питере – вернисаж, разговоры о Малевиче, Шагале, о влиянии баухауса на авангард, арьегард и дизайн советских настольных ламп, споры о социалистическом сюрреализме, но между проекционизмом Тышлера и формализмом Лабаса вдруг протискивается официант и склонившись над тобой как нянька над ребенком, спрашивает какой хачапури ваша компания будет заказывать – по-аджарски, по-мегрельски или по-мегрельски, но с тремя видами сыра и к супу харчо, конечно, рюмку сливовой чачи каждому или сразу бутылку на всех и потом люля-кебаб из баранины на лоскутке лаваша, усыпанные зернами граната и колечками красного лука, а Пименов... Пименов со всеми его сталинскими и ленинскими премиями, со всеми его свадьбами на завтрашней улице и лирическими новосельями против Тышлера все равно, что плотник супротив столяра, не говоря о Лабасе или Фальке, но... чурчхелу к чаю не нужно – лучше яблочно-ореховый штрудель с шариком ванильного мороженого и рюмку коньяка. Что же до приятного послевкусия, то оно, конечно, непременно будет, если принять какую-нибудь таблетку от изжоги ...
***
|| Книжные черви ||:
Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил!
Михаил Шолохов. "Судьба человека".
-------
Указываются названия аккаунтов ВК, с которых осуществлен срез.