Больше суток я ждал, когда же Юн выйдет и расскажет свою версию случившегося. Однако, видимо, узнать мы об этом сможем не раньше, чем когда он уйдёт на покой и напишет (или надиктует) книжку о своём жизненном пути, как это уже сделали некоторые из его предшественников.

Невнятное бормотание о том, что другого выхода у него не было, переданное через «источники», не в счёт.

Всё выглядит так, будто господин президент решил отмолчаться и не вступать в переговоры ни с «мятежным» парламентом (ещё бы), ни с избравшим его народом, хотя слухи о намечавшемся ещё утром каминг-ауте обращении циркулировали в прессе.

Вполне вероятно, что на это его решение повлияло поведение правящей партии Сила народа, которая введение ВП не поддержала, но и за импичмент голосовать отказалась.

Теперь всё внимание приковано к результатам намеченного на 7 декабря голосования по поводу законопроекта об импичменте президента.

Тем временем Юн и его сподвижники судорожно ищут стрелочника, на которого можно было бы свалить всю вину за неудачную попытку чего-они-там-собирались-сделать.

Кажется, эта роль уготовлена отставленному давеча министру обороны Ким Ёнхёну, которому от этого внезапно захотелось посетить безвизовую для южнокорейцев Японию. Не успел.

Одним словом, не завидую я коллегам политологам. Всего на пару дней попытался погрузиться в этот чудесный мир борьбы жабы с гадюкой за власть всех против всех и очень захотелось снова нырнуть в пыльное умиротворение книжных полок Центральной государственной библиотеки, чтобы зачитываться теориями происхождения корейского народа от динозавров в окрестностях доисторического Пхеньяна.