Что-то новость про уход Александра Ивановича Мацегоры меня совершенно прибила.

Мы были знакомы лишь по работе, но у меня ощущение, как будто ушёл близкий человек. Наверно, потому, что он всегда был очень открытым, контактным. Если были вопросы по КНДР, к нему всегда можно было обратиться, и он не отказывал в разговорах, всегда был щедр на рассказы и говорил нетривиальное, редкое, ценное. Мы записывали, хотя цитировать можно было не каждый раз.

Считал, что настоящим северокорееведом можно быть, только прилично пожив в стране. И, в общем-то, был прав. Сам всегда с гордостью подчёркивал, что прожил в Пхеньяне половину жизни, родил там с женой детей.

Всегда говорил - "Приезжайте в Пхеньян"! И мне повезло. Когда я была там, АИ нашёл время, пригласил в посольство, показал-рассказал. Я его всё мучила вопросами про северокорейскую кухню. Он со смехом делился наблюдениями, сказал, что у него есть специальный булыжник из Тэдонгана для гнёта, когда капусту квасишь. Смешно шутил. Очень верил в свои принципы. Смело их отстаивал. Интересно было всегда читать его соцсети. Иногда аж дух захватывало, как он спорил с оппонентами. С восхищением читала. С его мнением считались даже те, кто придерживался совсем других позиций.

Каждый год ставил первые в посольстве розы к портрету трагически погибшего посла Андрея Карлова.

А как он с командой героически пересидел весь ковид в посольстве!

Пхеньян без него совершенно невозможно представить. Александр Иванович, ну как же так?

PS. На фото в посольстве РФ в Пхеньяне 2017 г. // Внизу это лето, АИ приходил к нам в институт, а я потом ему показывала нашу библиотеку. Он обещал нам присылать кое-что из литературы.