Особое значение в изучении природы тоталитаризма имеет теория подковы.
Согласно теории подковы, ультралевые и ультраправые являются не антагонистами, а скорее близки и схожи.
Для понимания категорий ультралевых и ультраправых и радикализма в целом корректно обратиться к статье А.Н. Бороздина (в сокращенном виде тут). Автор указывает на антиконсеравтизм явления, а также разделение радикализма на левый (разрушение старого, построение нового) и правый - архаизм (воссоздание ушедшего в прошлое строя или романтизированного строя из никогда не существовавшего прошлого с опорой на культ традиций); а также умеренный радикализм (пример для архаизма - неоконы) и сверхрадикальный экстремизм (для архаизма - признанное террористическим и запрещенное в России движение Талибан). Так как экстремизм является не только политологическим, но и юридическим термином, нередко сформулированным основываясь на интересах и позиции конкретного режима (что способствует сохранению в правовом поле сверхрадикальных левых движений на Западе и сверхрадикальных правых в России), выберем более однозначные термины: умеренный радикализм и сверхрадикализм.

Необходимо обратить внимание на восприятие верховенства права радикальными силами - для них правовая система предшествующего строя это обуза. Поэтому умеренные радикалы будут стремиться к радикальному, но законному реформированию правовой системы, а сверхрадикалы игнорировать либо демонтировать её, либо незаконно выводить из-под действия права себя и, например, спецслужбы, наделяемые функцией опричнины.

Теория подковы имеет ряд логических, а также правовых ограничений в применении, при соблюбдении которых может становится вполне универсальной.

Тоталитаризации соответствует радикальное реформирование существующей модели, потому теория подковы имеет большое значение в исследовании тоталитаризма так как раскрывает его истинную природу: прикрываясь левой или правой идеологией, и опираясь на соответствующий класс, тоталитарный режим стремится к единственной цели - удержания власти любой ценой, допускающей возможность обеднения элит, что отличает тоталитаризм от более консервативного авторитаризма.

Тоталитаризму, как и авторитаризму свойственен конфликт с модернистской идеей, на которой основана философия антиконсервативного государства (тоталитаризм с постницшеанством и сверхэтатизмом невозможен в консервативном обществе), поэтому тоталитаризации соответствует утрата левых и правых элементов предшествующей модели, а также несмотря на антиконсерватизм - элементы реакционного ультраконсерватизма. Однако важно учитывать экономическую, классовую и идеологическую составляющую, поэтому одна из наиболее популярных в мемологии версий политического компаса была доработана нанесением на неё Ангела тоталитаризма🪁.
Данная модель решает множество вопросов: например, сообразно своей природе, троцкисты называли сталинистов реакционерами-праворадикалами, а консерваторы леворадикалами (коллективизация, левая идеологизация), отвечает на вопрос левый или правый режим Лукашенко, и при этом противостоит упрощениям, вытекающим из идеологии маккартизма (без оппозиции демократических и консервативных сил, данная идея привела бы к мезофашизму).

Важно учитывать условия тоталитаризации: кризис модернизма, нанесенная внешнеполитическая обида, запрос общества на сверхэтатизм, постницшеанская мораль с правом сильного, часто основанная на социальном дарвинизме строя-предшественника.

Интенсивность тоталитаризации разнится в зависимости от радикальности реформаторов: так умеренно-радикальные силы, будут вести к несовершенной переходной форме авторитаризма (например, неоконы - к мезофашизму), в то время как сверхрадикальные силы на том не остановятся и продолжат тоталитаризацию. При этом сообразно герметизации верхушки тоталитарного государства, переход от умеренного радикализма к сверхрадикализму и обратно в устойчивой системе с классовой опорой может быть вызван банальной сменой диктатора или руководителя диктатуры (это разные вещи) или внешнеполитической конъюнктуры без фундаментальных изменений в системе.

Наивная политология