Криминализация и консервация феодализма в рамках белоруссизации

Предельно интересно о каком консерватизме постоянно идет речь в политических тг-каналах. Что консервируем на раннюю зиму?

С учетом происхождения современных элит и классовой модели общества, вполне вероятно, что консервации подлежит модель из "проклятых 90х", допускающая работу социальных лифтов с низов до самого верха исключительно при занятости бандитом или проституткой.

Обе данные общности за 30 лет претерпели предельно широкую дивергенцию.
Современный "бандит" может работать классическим рэкетиром, политиком, чиновником, решать вопросики, в том числе для противозаконных ЧВК, держать сеть ботов, занимать высокое место в иерархии силовых ведомств, решать кто в стране преступник, фальсифицировать выборы, вводить поборы для сотрудников ведомств, кормиться с финансовых аспектов дедовщины в армии. "Бандитов" отличает своеобразная этика, например, убийство и воровство у лохов являются допустимыми, в то время как предательство, крысятничество у своих или вывод общака за рубеж контролируемой территории - табу. "Бандит" привычен к зоне, потому не видит ничего плохого в превращении всей страны в Гулаг, что создает дегуманизирующий альянс с чекистами.

При этом безумная Россия - золотой век "проституции". "Проститутки" могут работать общественниками, экспертами, политологами, журналистами, возбуждать дела, осуждать невиновных, писать статьи, обосновывающие любую глупость, торговать религией, сводить с ума жен и престарелых родственников бандитов эзотерикой и духовными практиками. Для "проституток" табу - сама этика, единственная норма - полная преданность хозяину.

Главное отличие "бандитов" от "проституток" - ответственность. "Бандит" живет по ненормативным законам своего мира и лично отвечает за последствия своих действий. Фактически "бандит" стал новым феодалом в сословном строе. Да, история указывает, что это естественная причина зарождения феодализма. "Проститутка" же безответственна и может творить любую ерунду в строго определенном диапазоне пока ее оберегает влиятельный покровитель, в том числе оскорблять "бандитов" рангом пониже покровителя и избегать обратной силы для комментариев в интеренете в то время как для высказываний оппозиционеров к аналогичным действиям применяется принцип длящихся правонарушений. Отсюда вытекает различие в самостоятельности. "Бандит" хоть и находится в созависимости с другими "бандитами", является самостоятельным актором, в то время как "проститутка" является лишь прокси для действий более крупных сил.

Технологические революции последних лет, несмотря на зачистку промышленности, обеспечили доступность социальных лифтов для широких слоев населения, минуя сословный феодальный мир проституции и бандитизма, но похоже, что белоруссизация призвана положить конец этому явлению. Неумеренный этатизм вводит надзор в те сферы, что изначально находились за пределами интересов братского круга: литература, музыка, иные формы искусства, IT. И надзор приносит в данные направления правила, сообразные культуре российских элит.

Ненормативная культура управления, дополнительно подпитываемая герметизацией системы способствует рекриминализации общества: борьба системы с независимой журналистикой и правозащитными организациями обеспечивает тотальную виктимность бизнеса в случае слияния преступности с силовыми структурами.

Феодализм гарантирует свободу слова исключительно придворным шутам, в современной модели, входящим в группу "проституток". Шут осведомлен о настроении феодала, и потому насмехается лишь над его врагами, зная, что за слишком дерзкую шутку о хозяине можно лишиться головы. В народе же распространяются уленшпигели, борьба с которыми становится первоочередной для государства: черни недозволено разносить крамолу.

К сожалению, после прекращения личной диктатуры по медицинским причинам, современная консервация феодализма гарантирует новые 90е, причём предельно жесткие: исходный уровень криминализации даже заведенного усатым весельчаком в лагеря советского общества была значительно ниже, чем сейчас.

Наивная политология