Мы точно говорим об одном и том же произведении? –
этот вопрос часто звучит на читательских встречах.
Удивительно, насколько по-разному мы все воспринимаем. («Каждый смотрит свое кино»).

 Николай Рубакин сто с лишним лет назад сказал: «сколько у книги читателей, столько у неё и содержаний».

Для Рубакина чтение - это акт проекции. Он проводил аналогию с проекционным прибором: как изображение, брошенное на экран, покрывает его фигурами и красками, которых на самом экране нет, так и при чтении читатель накладывает на текст свои образы, переживания, ощущения и понятия, которые принимает за «содержание книги».

То, что мы видим и чувствуем в книге, — это проекция нашей собственной психики, а не просто копия авторской мысли.
(Поэтому меня убивает вопрос: «а что все-таки хотел сказать автор?», как и споры при обсуждении и настаивание на верности своего мнения)

Книга по мнению Рубакина – прежде всего раздражитель, который вызывает в психике читателя определённые ассоциации и образы, опираясь на уже имеющийся у него «запас» значений (то, что исследователь называл «мнемой»).

Впечатления от книги меняются не только от человека к человеку (в зависимости от возраста, профессии, опыта, ценностей), но и в одном и том же читателе в разные периоды жизни, поскольку меняется его внутренний мир. (Я люблю приводить пример, как в разные периоды жизни читала «Войну и мир»)
Таким образом, для Рубакина чтение - активное творчество читателя, при котором он «сам себя читает» через книгу, а не пассивно впитывает чужое содержание.