Эпоха оттраханных смартфонов

Мобильные телефоны создавались с благими целями: позвонить ребенку в школу, быстро вызвать ментов или сообщить своей благоверной, что сегодня задержишься допоздна, ибо премия, бар, бухло и кумар. Но специфика современного маркетинга в том, что любое полезное изобретение будет быстро испоганено тоннами рекламных зазывалок.

Смартфоны априори были обречены стать жертвами маркетологов: прокачанный диджитал-гепард всегда догонит пассивную пользовательскую антилопу. В любом яблочном и андроидовском девайсе сегодня побывало больше рекламного треша, чем продолговатых предметов внутри стримерши-стахановки с Only Fans.

Мы живем в эпоху оттраханных смартфонов. По идее, каждый из нас должен укутать свой гаджет в чехол с хэштегом «me too» - в том смысле, что ваш смартфон не единожды поимели маркетологи.

Это не притянутая за уши метафора и не очередная попытка выехать на генитальном юморе. Это медицинский факт: количество рекламных пушей, лохотронных звонков, навязанных приложений и другой идиотии зашкаливает сильнее, чем радиация на приборах профессора Легасова.

Самый быстрый способ проникнуть в клиента - отправить ему push-уведомление в приложуху: купи, забронируй, сэкономь. Маркетологи создают пуши играючи: приходят в офис и, ароматно отрыгнув с утреннего кофе, набрасывают идеи: а давайте пульнём какой-нибудь пуш. При этом используется именно слово «пульнём»: для них трахнуть твой телефон - это детская шалость, они пуляют пушами, как дети вишневыми косточками с балкона.

Если хотя бы 10% получателей пуша что-нибудь купят, в отделах маркетинга начинается карнавал, фиеста и ламбада. То, что оставшиеся 90% юзеров испытают благородную ярость от принудительной пенетрации смартфона, маркетологов не заботит. Мир еще не видал такого шерифа, которого бы волновали проблемы индейцев.

Конечно, пуши обычно отправляются лояльной аудитории - тем людям, которые уже что-то заказывали в этой компании. Правда, понятие «лояльность» маркетологи растянули шире, чем стиранные шаровары Тараса Бульбы. Они думают, что если юзер однажды что-то заказал, то он будет кайфовать от рекламно-цифрового шума до гробовой доски. Но это спорный момент. Если клубная чика дала разок потрогать сиськи на танцполе, это не значит, что она готова нацепить фату и идти под венец.

Атака идет не только через пуши, но и через другие каналы: email, SMS, мессенджеры. Когда я прихожу на работу и вижу, что мне надо подготовить все типы рекламного вторжения на одного пользователя, я чувствую себя этаким добрым нацистом: вроде и не желаешь людям ничего плохого, но герр Гиммлер издал приказ, и вот ты уже шуруешь по белорусской деревне в первом ряду зондеркоманды.

Отдельная песня - это дозвоны на наши телефоны с левых номеров, в основном московских. Когда видишь очередной «важный звонок» с +7 499, хочется реинкарнировать Кутузова, чтобы тот снова милосердно сдал Москву на тотальное французское палево. Телефонные террористы такого пошиба триггерят по людской мягкости: не каждый человек готов послать говорящую трубу в пешее эротическое, поэтому выслушивает рекламные непотребства до конца.

Хотя лично я уже не выдержал и теперь юзаю режим приема звонков только из списка контактов. Родительский совет «Не разговаривай с незнакомыми дядями» работает и в детском саду, и в щетинистой зрелости.

Еще одна дикость заключается в том, что наши телефоны насилуют не только посторонние маркетологи, но и коллеги по работе, которые насоздавали рабочих чатов и зудят уведомлениями ближе к ночи или в выходные. Получается своеобразный офисный self fucking: мало нам харассмента от бизнес-акул, мы еще и сами себя выебем. К счастью, такие уведомления у меня всегда были замьючены. Как говорится, Европа подождет, пока русский царь рыбачит.

Так или иначе, современных маркетологов возбуждают не тугие попы и не гора мышц на широком торсе. Их возбуждает черное зеркало в твоем кармане. Хранить невинность этого гаджета бесполезно, как в общаге стройфака - остается только расслабиться и получать удовольствие: ведь больно только от первого push-уведомления, а дальше уже приятно.