Ты хотел быть врачом? Поздравляем — теперь ты техник по дохлятине.

Ох, честно, я тот тип, который судмедэкспертизу любит так, будто это не работа, а вечный медовый месяц с трупом, который упорно не даёт развод. И тут бац, читаю статью, от которой даже у меня, привыкшего к вони гнилой печени и тоске по ещё тёплым, мурашки по склере забегали.
Шок-то не в том, что пациент без башки припёрся, бывает. Не в том, что в желудке ключи от хаты, три пуговицы и записка «прости мама». Меня добило другое: в Штатах судмедэксперта считают медицинским лохом. Типа не доктор, а дядя Вася после третьей стопки решил, что он ясновидящий.

Представь: отучилась в меде, каждый сосуд и клетку как «Шма аль а-митта» перед сном выучила, ординатуру, по-ихнему резидентуру прошла, и вдруг выдаёшь: хочу правду из тех нарезать, кто уже не соврёт. А в ответ: эх, жалко... могла бы жизни спасать, урологом стать! С мордой, будто ты из Большого театра в психушку клоуном свалила. Талант, мол, в унитаз.

Но давай по-честному: кто из этих спасителей живых по трупному окоченению время смерти вычислит? Кто по цвету слизистой и запаху прелых яблок причину назовёт? Кто вообще ночь с покойником проведёт, потому что диагноз любопытный?

Мёртвые, между прочим, самые честные свидетели. Не врут. Лежат и показывают: вот где доктор облажался, вот нож вошёл, вот аптекарь вместо инсулина сироп от кашля впарил. Их вердикт последнее слово, не переобжалуешь. А нет. Для «нормальных» врачей мы сантехники от медицины. Пришли, потыкали трубу, выдали: засор, причина смерти. А они, герои в халатах, лечат тех, кто ещё может на них в суд подать.

Студенты в анкете боятся писать «хочу быть судмедэкспертом», сразу маргиналом, маньяком запишут. Обучение вообще цирк: аутопсия как техосмотр после смерти. Можно резидентуру закончить, не разрезав и половины нужных трупов. Норму вскрытий для сертификата урезали, лишь бы кадровую дыру заткнуть. Феллоушип вообще ржака. Программы плодят не от любви к науке, а потому что яма кадровая с такой тягой, что туда морг с тележкой утащит. Некоторые учат по принципу: разрезал, вынул, взвесил, зашил, закопали. Главное органы не перепутать. Перепутал, так ничего, в следующий раз повезёт.

Но среди этих «медицинских извращенцев», которых за маргиналов держат, какая-то монашеская преданность. Знают, что их презирают, что специальность для любителей тишины и формалина, но пашут. Говорят: мы врачи, читаем историю болезней человечества по кускам мяса. Находят массовые отравления, эпидемии, убийства, которые все проглядели. Их отчёты законы меняют, тысячи жизней спасают. А сами в тени, как уборщики помещений.

Понимаю, почему нас чморят. Кому нравится тот, кто напоминает: все мы временные конструкторы из костей и мяса в кожаном мешке, и в один момент всё выключится. Но за это я их и уважаю. Не за героизм, не за драму, а за то, что они делают своё дело, когда все уже разошлись по домам.

Я, честно, до сих пор в шоке. Как можно недооценивать такую святую работу? Но пока одни ржут, другие молча правду из кишок достают. И за это я свою профессию люблю: «Camillus dormit, sed anima vigilat». Правда, как и смерть, вранья не терпит. И кому-то её всё равно изнутри вытаскивать придётся. Даже если за это тебя чудаком зовут.

А чудаки, как известно, часто правы. Особенно со скальпелем в руке, Богом в душе и вискарём во фляге.

Кто желает заглянуть в самую глубокую яму, заходите. Дверь открыта в комментариях.

Присоединяйтесь к чату канала для жарких дискуссий и ярких эмоций по теме.