✍️ Глазное яблоко как услуга

Вы когда-нибудь задумывались, что глаза ваших соседей могли раньше смотреть с мотоцикла на встречную полосу? Я расскажу. Я живу в новом хозяине и перевариваю старого. Я — глазное яблоко.

Не просто орган, а целое философское произведение, написанное на языке света, боли и ощущения собственной значимости. Мир проходил сквозь меня, как луч сквозь призму. Роговица, хрусталик, стекловидное тело — всё это были мои ткани, моё единое целое. Я жил внутри молодого дурака, считавшего себя свободным духом, но на деле просто обожавшего газовать так, чтобы сердце билось быстрее. Он любил скорость. И она ответила ему взаимностью — в виде фуры, выскочившей из-за поворота. Я видел удар света фар в зрачок, как кости хрустнули, как тело превратилось в кровавую лепёшку, прилипшую к мокрому асфальту. А потом — тишина. Сердце остановилось. И я остался один. Видеть — да. Жить — нет.

Потом пришли одни люди, потом другие. Они собрали всё, что нашли на дороге, и положили в чёрный целлофановый мешок. Потом морг. Там уже третьи люди долго копались в этом кожаном мешке с костями моего хозяина. А меня изъяли. Холодные руки в перчатках, лязг инструментов. Я чувствовал, как меня отделяют от тела, которое знал всю жизнь. Глазные ножницы в умелых руках рассекли конъюнктиву, пинцетом подцепили меня и осторожно вытащили наружу. Ещё один разрез — и зрительный нерв перерезан. Я оказался в контейнере.

Моя роговица была идеальной — прозрачной, блестящей, пропускающей свет, именно она их манила. Всё потому, что тело решили исследовать быстро, не как обычно — через день-два. Я не знал, что это значит, но чувствовал: моё существование не закончилось. Я видел размытые силуэты людей, слышал их голоса: «Роговица в отличном состоянии. Подойдёт для трансплантации». Я был горд. Но и напуган. Что теперь будет со мной?

Меня поместили в банк тканей. Промыли в солевом растворе, проверили на инфекции, измерили толщину пахиметром — оценили, насколько я стройная. Я была идеальна: 550 микрометров, без изъянов. Затем внимательно рассмотрели в эндотелиальный микроскоп — проверили плотность и жизнеспособность моих клеток. Результат впечатлял. Я совершенство. Потом — СПА-процедуры. Меня поместили в специальный контейнер с питательной средой Optisol-GS, я расправилась, вытянулась от блаженства и немного охладили — до 4°C. Я лежала, расправив свои ткани, и думала: «Ну что, теперь я кому-то помогу?». Помогла. Только вот — не тому.

Меня пересадили. Тонкие швы, нейлоновые иглы, я ощущала их как кокетливые пощипывания — и вот я стала частью нового хозяина. Это был не герой трасс, а рабочий с грязными мозолистыми руками и черными ногтями, темной кожей и жизнью, полной проблем, о которых мой первый хозяин даже не догадывался. Его мир был другим — тесные комнаты, тревожные лица, чужой язык. Его страх стал моим страхом. Его воспоминания — моими кошмарами. Я начала видеть сны. Обрывки прошлого первого хозяина: кровь на асфальте, рёв двигателя, лицо, которое уже никогда не увидит рассвета. Тогда я поняла: я больше не просто орган, а хранилище чужих жизней. Библиотека страха, скорби и случайных попутчиков судьбы. Я стала мостом между мёртвыми и живыми, между богатством и нищетой, между романтикой и реальностью. И вот теперь я задаюсь вопросом: кто смотрит через меня? Чей взгляд? Чья боль? Чья надежда? И главное — сохранилась ли во мне хоть капля того самого лучшего первого человека — моего хозяина? Или я просто заплатка для сосуда, в который теперь вливают всякую грязь?

Если бы со мной обошлись чуть более этично — без этих мясных манипуляций и холодильника, — я бы предпочла остаться рядом с первым хозяином. Даже если бы нам была уготована участь быть съеденными земляными червяками. Потому что верность — это оставаться рядом, несмотря ни на что.

🗣Но вместо этого я стала подарком судьбы. Гуманистическим экспериментом. Частью системы, где смерть одного — шанс другого.
Так что смотри сквозь меня, если хочешь. Только знай: можешь увидеть не только мир — но и ту тьму, которую я принесла с собой.

Подписаться
#трансплантация #глаз