Про новый лайв-альбом Кэмерона Уинтера

Чем больше интересуешься и читаешь про культуру различных народов, тем больше понимаешь, что вообще ничего про них не знаешь, за исключением каких-то мало правдоподобных стереотипов. В том числе поэтому, невольно словил себя на мысли, что Америка для постсоветского человека — страна все-таки невероятно особенная. Проиграв в холодной войне, прежде всего на культурном уровне, наши родители в какой-то мере тоже жили американской мечтой, а мы-то уж и подавно — всю свою сознательную жизнь растем и изучаем американскую поп-музыку, смотрим американские фильмы и сериалы, а еще знаем о вечных пороках и недостатках американского общества ничуть не меньше, чем о своих собственных.

Испокон веков Америка дарила всему миру великих авторов — от Уильяма Фолкнера до Кубрика и Боба Дилана. Причем мне искренне кажется, что американская народная музыка — это прежде всего не рок-н-ролл, джаз или рэп, а «американская авторская песня». Чаще всего под этим понятиям имеют в виду не какой-то конкретный жанр, а целый пласт музыки, где на первый план выходит личность автора-исполнителя. То есть человека, способного буквально в рамках одной песни придумать собственный язык и уникальный мир, по которому затем и путешествует его лирический герой. Сюда легко можно приписать и того же Боба Дилана, и Леонарда Коэна, и Тома Уэйтса.

Все они так или иначе пришли к славе похожим путем, просто вклинившись в уже существующие сцены и жанры со строго устоявшимися правилами, при этом привнеся туда нечто свое. Главную роль тогда играли живые выступления и сарафанное радио. Слушателю же всегда зачастую оставляли пространство для воображения, так скрытная личность творца слипалась с его же героями — в конечном счете, все эти старомодные приемы и вознесли их на тот самый Олимп, где они и находятся сегодня.

Сегодня, когда форма все чаще оказывается важнее содержания, кажется, что та самая «американская авторская песня» находится в какой-то стагнации. Безусловно, можно вспомнить с десяток имен, продолжающих из-под полы выступать в этом условном жанре. Жалко только, что их треки, как правило, стоит искать в плейлистах с приставкой инди, да и до цифр отцов-основателей им ох как далеко.

Но вот Кэмерон Уинтер прямо сейчас настырно продолжает выступать на сожженном поле «авторской песни», причем идет по уже протоптанной до него дорожке и пользуется теми же методами, что и его вдохновители. За его путем очень интересно наблюдать в современных стриминговых реалиях: респект улиц у него зарабатывается респектом музыкальных критиков, от самого Кэмерона веет аурой старой голливудской звезды из 70-х, на первый план все так же местами выходят политические мотивы. А еще самое главное — живые (иногда, даже секретные) выступления, на которых он ведет себя и выглядит максимально старомодно. Интересные американские площадки и подпольные сцены, где Уинтер просто сидит за роялем и просто поет так, как умеет — сегодня в целом удивительно как такое монотонное выступление может в принципе переварить наш «испорченный сдвгшный мозг».

Про одно из его выступлений я писал еще давно. Тогда очевидцы выходили из зала с чувством, что свершилось что-то великое — будто сегодня родилась новая-старая американская звезда. И вот запись с этого концерта в Карнеги-холле наконец добралась и до нас в виде одноименного лайв-альбома. Да и сам факт, что сегодня кто-то внезапно выпускает лайв-альбом — тоже предсказуемо старомоден.

Саму запись я слушал с утра, на рассвете, как это часто бывает с ожидаемыми мной пятничными новинками. Причем обычно под эти самые новинки я просто мирненько сплю по пути на учебу или работу, но вообще не в этом случае. Альбом буквально начинается с каких-то бобдилановских интонаций, а потом потихоньку переходит к все более и более душераздирающим трекам, строчки которых ты уже выучил наизусть. Песня заканчивается, следуют оглушительные овации, на секундочку возвращая тебя в реальность, а затем снова — абстрактный мрак… Короче говоря, Live at Carnegie Hall — кандидат на должность альбома года, пусть и год выходит не таким уж занятным.