Пожалуй, в этом состоит дидактическая ирония Спинозы - начиная "Этику" как абстрактный трактат, подражающий древним геометрам, претендующий сначала лишь на статус игры ума, он быстро переходит в рассуждение на уровне онтологии. Причём эта онтология развивается без разрыва с субъектом, ведь мышление и протяжение уже по необходимости мыслятся как атрибуты одной и той же субстанции. Это не обман разума и не трюк - Спиноза просто и элегантно снимает это видимое противоречие не аргументом, а самой конструкцией своей философии. Да, субстанция Спинозы слишком абстрактна, чтобы породить особенное, но даже в таком ограниченном виде уже может снимать номинализм и без полноценной диалектической системы.

Путь к конкретно-всеобщему и его природе - это ключевая проблема, стоящая перед всей диалектикой на данный момент. Спиноза впервые увидел всеобщее, но ещё не увидел его движение. Гегель впервые увидел движение, но не увидел материи. Материалистическая диалектика должна соединить оба этих открытия: полностью имманентные единство и становление. И именно в этом месте лежит задача современной философии.