Для ресурса Factcheck.kz подготовил короткий сравнительный анализ результатов работы Нацфонда Казахстана и норвежского Государственного пенсионного фонда Global за 2008–2025 годы.

За 2008–2025 годы норвежский фонд от нефтегазового сектора получил около $436 млрд, но за этот же период государство изъяло лишь $67 млрд, тогда как Казахстан при поступлениях (за 18 летний период) около $210 млрд выбрал из суверенного фонда $173 млрд. В результате норвежский фонд накопил за время существования $2,11 трлн, тогда как стоимость Национального фонда Казахстана на конец 2025 года составила лишь $63,9 млрд.

Если бы Казахстан придерживался фискальных правил, сопоставимых с правилами норвежского суверенного фонда Global, ограничивая изъятие средств уровнем долгосрочной доходности фонда (3%), то, по самым консервативным оценкам, к концу 2025 года активы Нацфонда могли бы составлять около $205 млрд вместо фактических $63,9 млрд.

В таком случае в 2025 году Нацфонд мог бы принести около $31 млрд инвестиционной прибыли, исходя из достигнутой им 15%-ной доходности. Это сопоставимо с ожидаемыми налоговыми поступлениями республиканского бюджета предыдущего года — 15,2 трлн тенге, или около $29 млрд. В такой ситуации стране, возможно, не пришлось бы в той же степени наращивать внешние заимствования, повышать налоговую нагрузку на МСБ и тарифы ЖКХ. Часть потребностей бюджета и расходов на объекты ЖКХ можно было бы покрывать за счет дохода от накопленного капитала.

23 августа 2026 года К.Токаев предложил использовать средства Нацфонда для строительства социальных объектов, поставив под сомнение необходимость их хранения в зарубежных ценных бумагах.
Но именно инвестирование в глобальные ценные бумаги и жесткие фискальные правила позволили Норвегии создать фонд, чей инвестиционный доход в 2025 году достиг $227 млрд — больше совокупных доходов государства ($220 млрд). Т.е. Фонд может кормить страну при это сохраняя сам капитал.

Конечно, строительство социальных объектов необходимо. Но оправдано ли для этого использовать средства Нацфонда? Важно помнить, что фонд изначально создавался как механизм сохранения нефтяного богатства для будущих поколений. К тому же происходящее сегодня показывает, что этот резерв нужен не только для защиты от внешних шоков и потрясений, но и как страховка от ошибок тех, кто принимает решения сегодня. Поэтому прежде чем расходовать столь важный резерв, есть смысл еще раз поискать ресурсы внутри самой бюджетной системы — оптимизировать затраты государственных и квазигосударственных структур, усилить контроль за использованием средств и сократить значительные коррупционные потери.

В этом контексте важно помнить, что нефтяная эпоха все быстрее приближается к переломному моменту. По прогнозу IEA, спрос на нефть как топливо может достичь пика уже около 2027 года, а общий мировой спрос — к 2030 году. Поэтому готовиться к эпохе после нефти необходимо уже сегодня. Пока не создана новая основа роста — высокие технологии, прикладная наука, человеческий капитал и новые экспортные отрасли, — расходование суверенного фонда на текущие задачи вряд ли можно назвать разумной стратегией.