Главная задача — дать российскому бизнесу собственный цифровой расчётный актив вместо зависимости от USDT и USDC. Иностранные стейблкоины удобны в международных платежах, но их эмитенты могут заблокировать токены или кошельки. У российского стейблкоина риски другие: он ценен ровно настолько, насколько за пределами России существует сеть контрагентов и посредников, готовых его принять и обменять. Вероятно, это будет расчётный инструмент для конкретных трансграничных коридоров, где заранее существуют участники, готовые с ним работать.
A7A5 уже показал, что спрос на рублёвый блокчейн-инструмент для международных расчётов существует: по данным ПСБ, его накопленный оборот к августу достиг почти $140 млрд, сервис проводил до 2 тыс. платежей в день и обслуживал около 15 тыс. компаний. Но он выпущен в Киргизии, хотя в России получил квалификацию ЦФА.
Получается интересная конструкция: удачный частно-государственный кейс может превратиться в регулируемый финансовый инструмент, который смогут выпускать и другие участники. Такой подход даст контроль юрисдикции, конкуренцию и масштабирование. Вместо одной A7 потенциально появляются Сбер, Т-Банк, ВТБ, Альфа и другие участники со своими решениями.
Для банков появляется новая ниша: выпуск и обеспечение токенов, хранение, обмен, брокерские операции, расчёты для корпоративных клиентов.
💳 Финтехно в Telegram | в MAX