Рин вскочил так резко, что стул упал с грохотом. Кольцо выпало из руки Зива и покатилось по полу, но он не смотрел на него. Он смотрел на Рина, который стоял перед ним, сжав кулаки, с горящими глазами.

— Ты что, не понимаешь?! — Рин почти кричал. — Мы мальчики! Я не девочка! Не бывает такого, как в твоих книжках! Это глупо! Ты глупый!

Он развернулся и побежал к выходу из столовой, на ходу вытирая глаз рукавом. Зив заметил это — быстрый, резкий жест, от которого внутри кольнуло что-то болезненное.

Рин выбежал из столовой. Зив остался стоять на колене, глядя в пустой дверной проём.

Кто-то засмеялся громко — Чон Су Хёк, тот самый мальчик, с которым дрался Рин. Он сидел за соседним столом и ухмылялся, показывая на Зива пальцем.

— Ха! Смотрите! Зив сделал предложение тому грязному плебею! И он его послал!

Зив не ответил. Он медленно поднялся с пола, отряхнул колени, подошёл к месту, куда укатилось кольцо. Поднял его, вытер о свою идеальную рубашку. На лице его не было никакого выражения.

Он сел за свой стол. Взял ложку. Начал есть суп, не чувствуя вкуса.

Вокруг него шептались, смеялись, показывали пальцами. Он слышал всё, но не обращал внимания.

Он думал только об одном: почему? В книге всё было по-другому. Принцесса сказала «да». А Рин сказал, что он дурак.

Что-то пошло не так.

---

После обеда начался урок. Зив сидел на своём месте, глядя в одну точку. Он не видел учительницу, не слышал, что она говорит. Он смотрел на Рина, который сидел в углу с каменным лицом. Рин не поднимал головы. Он смотрел в парту, и его плечи были напряжены до предела.

Как только урок закончился, Зив встал и пошёл к нему.

Рин хотел уйти, но Зив перегородил ему дорогу.

— Почему? — спросил Зив тихо, почти шёпотом. — Почему ты отказался?

Рин поднял на него глаза. В них горела злость, но что-то ещё — Зив видел это. Что-то мокрое, хрупкое, что Рин яростно пытался спрятать.

— Ты что, не понимаешь? — Рин повысил голос, размахивая руками. — Мы мальчики! Я не девчонка! Я не буду твоей женой! Это не книжка, это жизнь! Там всё не так!

— Но я люблю тебя, — сказал Зив. Он говорил это так просто, так естественно, будто объяснял погоду за окном. — Почему тебе это не нравится? Я забочусь о тебе. Я даю тебе еду, я...

— Я не просил тебя заботиться! — Рин перебил его, и голос его сорвался. — Я не просил тебя! Ты просто... ты просто придурок! Я не хочу быть с тобой! Никогда!

Зив открыл рот, чтобы сказать что-то ещё. Он хотел спросить — почему? Почему он не нравится Рину? Что ему сделать? Как ему быть, чтобы Рин согласился?

Но он не успел договорить.

Рин шагнул вперёд и толкнул Зива в грудь. Зив не ожидал этого — он пошатнулся, ударился спиной о парту и упал на пол. Рин тут же оказался сверху, оседлав его, прижав коленями к полу. В его глазах горела злость, но в ней была и растерянность, и что-то ещё — что-то мокрое и хрупкое, что он пытался спрятать за яростью.

— Ты... ты вообще не понимаешь, да? — голос Рина дрожал. — Ты думаешь, что жизнь — это книжка? Что можно просто встать на колено и всё будет хорошо?

Он замахнулся и ударил Зива — не сильно, скорее отчаянно. Кулак скользнул по скуле, оставляя лёгкую красноту. Зив не защищался. Он не двигался. Он просто смотрел на Рина снизу вверх, и в его глазах не было страха. Только удивление — и что-то тёплое, отчего Рин хотел закричать.

— Ты везде лезешь! — Рин ударил снова — на этот раз в плечо, и удар был почти детским, неловким. — Еду подкладываешь, деньги... Забота эта дурацкая! Ты думаешь, я хочу этого?

Он занёс кулак для третьего удара, но замер. Потому что Зив не пытался укрыться. Он не закрывал лицо руками. Он просто лежал под ним и смотрел — и в этом взгляде не было ни обиды, ни злости. Только странное, спокойное принятие.

— Почему ты не защищаешься? — выдохнул Рин, и его голос сорвался. — Ты что, хочешь, чтобы я тебя бил? Тебе нравится, когда тебя бьют?