Академия Хансон располагалась на холме, в самом престижном районе Сеула. Белое здание с огромными окнами, ухоженный парк, фонтан перед главным входом — всё здесь дышало деньгами и статусом. Попасть в эту школу мог только тот, чья семья имела вес в обществе. Или тот, у кого были невероятные способности.

Или тот, кого пристроила бабушка, работавшая в этом здании уборщицей двадцать лет.

Рин знал, что он здесь чужой. Он чувствовал это кожей — каждый раз, когда проходил по мраморному полу, когда садился за парту из дорогого дерева, когда открывал учебники, которые стоили больше, чем его единственная куртка.

Он жил с бабушкой в маленькой квартире на окраине. Денег было в обрез. Бабушка отдавала ему всё, что могла, но она старела, болела, и Рин уже сейчас понимал: он должен выжить сам. Поэтому он не жаловался. Не просил. Не показывал слабость.

Потому что слабость здесь — как кровь в воде.

---

Рин.

Ему восемь лет, но он выглядит старше. Худой, с острыми плечами, на которые накинута школьная форма, купленная на распродаже. Рукава немного коротковаты, но он подворачивает их так, чтобы никто не заметил. Под глазом — синяк. Вчера он подрался с Чон Су Хёком, сыном владельца сети отелей. Су Хёк сказал, что бабушка Рина "пахнет тряпкой". Рин не помнил, как ударил его. Просто очнулся на полу, с разбитой губой, а Су Хёк плакал.

Рина отругали. Завуч сказала, что ещё одна драка — и его исключат.

Рин кивнул. Ему было всё равно.

Главное — чтобы бабушка не узнала. Она не должна волноваться. Она и так слишком много работает, чтобы кормить его, стирать его форму, лечить его ссадины, о которых она догадывается, но никогда не спрашивает.

Рин садится за парту в самом углу класса. Подальше от всех. Чтобы никто не видел его лица, его порванного рюкзака, его стёртых кроссовок.

Он смотрит в окно, пока учительница говорит о математике.

И чувствует на себе взгляды.

---


Зив сидит в первом ряду. Его спина прямая, руки сложены на парте, форма отглажена до идеальной стрелки на брюках. Он — лучший ученик класса, любимец учителей, гордость семьи.

Его отец — Чхве Джун Хён, владелец корпорации Хансон Групп, в честь которой названа школа. Его мать — из старинного рода, где каждый ребёнок учится музыке, этикету и иностранным языкам с трёх лет.

Зив — наследник. Он знает это с рождения. Он знает, что должен быть идеальным. И он старается. Он делает всё, что говорят: занимается на скрипке, учит английский и французский, фехтует, не огорчает родителей, не позорит фамилию.

Но внутри него — пустота.

Дом Зива — это музей. Холодный, стерильный, с запахом хлорки и полировки. Мать улыбается ему на людях, но дома она всегда в своей комнате, с книгами и чаем. Отец — строгий, требовательный, он говорит с Зивом только о школе, об успехах, о будущем компании.

У Зива нет друзей. Дети в школе либо боятся его, потому что он "из семьи Чхве", либо подлизываются. Никто не говорит с ним как с обычным мальчиком.

Зив привык к одиночеству. Он даже любит его.

Но однажды он замечает Рина.

---


Это было в первый день учебного года.

Зив сидел на своём месте, когда учительница ввела нового ученика.

— Дети, это Ви Рин. Он будет учиться в нашем классе. Пожалуйста, примите его хорошо.

Зив поднял голову.

В дверях стоял мальчик. Худой, с тёмными волосами, падающими на глаза. Его форма была немного велика, рукава закатаны, на щеке — свежий пластырь. Он смотрел на класс с вызовом, как зверёк, которого загнали в угол.

Рин прошёл к своей парте, не глядя ни на кого. Он смотрел только в пол, пока не сел в последнем ряду.

Зив смотрел на него весь урок. Он забыл про учительницу, про тетрадь, про идеальный почерк.

Он смотрел, как Рин сжимает ручку, как его плечи напряжены, как он кусает губу, чтобы не показать, что ему страшно.

«Он красивый» — подумал Зив.

Не так, как красивы девочки из его класса — ухоженные, надушенные, с идеальными бантами. Рин был красивый по-другому. В нём была какая-то... жизнь. Дикая, непокорная, настоящая.

Зив не мог отвести взгляд.

---


Через месяц Рин впервые подрался.