После тренировки Мордред сразу направился к себе. Кожа была мокрой и липкой от пота, волосы неприятно пристали ко лбу, и наверняка от него разило, как от толпы рядовых вояк. Внешний вид не особо смущал Мордреда – всё-таки на своём пути он повстречал разные лишения, – но вызывать чувство брезгливости в окружающих ему не хотелось. Особенно он не желал лишний раз провоцировать Чудовище: хозяин дома хоть и не отличался привлекательностью, явно обладал тонкочувствующей натурой.
«И чутким обонянием, судя по всему», – ухмыльнулся Мордред, неспешно шагая по коридору.
Как бы там ни было, он и сам стремился освежиться и переодеться в сухое. Чистоплотность входила в небольшой список достоинств Мордреда.
В покоях уже горели свечи – за окном сгущались сумерки, особенно мрачные после солнечного дня. Мордред, выглянув на улицу, нахмурился. Небо затянуло тучами. Погода вновь менялась, будто вспомнив, какой должна быть в Терновой Долине.
Он пробурчал что-то под нос и вернулся вглубь комнаты. Купель, стоявшая в стороне, была наполнена водой, над которой клубился пар.
«Хоть какая-то польза от волшебного дома, – мысленно отметил Мордред, оставив кинжал на столе. – Действует без просьб. Пусть иногда чрезмерно самостоятельно».
Он присел на край сундука и стянул сапоги. Вскоре к ним на полу присоединились и штаны, превратившись в нескладную чёрную груду кожи. Обнажившись полностью, Мордред неспешно опустился в купель и с тихим вздохом откинулся на бортик. Мышцы мгновенно сдались под горячей водой, и напряжение в конечностях начало исчезать.
Мордред прикрыл глаза. В голове сразу закрутились мысли о дальнейшем пути, о торгах с Чудовищем и о долге, что нависал над ним, грозясь обрушиться в любой момент. Однако он постарался отмахнуться от переживаний. Отдых. Требовался отдых, и никакого планирования – хотя бы на пару минут.
Он не помнил, когда позволил себе расслабиться. Его дни давно превратились в бесконечную битву, которую он всеми силами пытался выиграть, но победа ускользала раз за разом. Теперь у него оставалась одна попытка, а возможности на неудачу не было.
«И всё завязано на одной девице», – подытожил Мордред.
Уже с десяток раз он успел пожалеть, что выбор пал на неё. С мужчинами действительно было легче – Мордред понимал, как они мыслят, и знал, на какие точки давить. Женщинами тоже можно было управлять, но в этой игре всегда оставался риск увлечься самому.
Мордред не был святым. Он не был и железным. Как бы он ни хотел казаться безразличным, в его груди билось обычное человеческое сердце.
«И чувства всегда подводят, – подумал он, опустившись в воду по самый подбородок. – Она права: если допущу эту слабость, то разрушу всё собственными руками. Я не вправе так ошибиться».
Мордред не был влюблён, но и назвать себя совершенно равнодушным к Герде не мог. Если бы она ничего не значила, он бы не задирал её раз за разом, испытывая дурацкое, по-мальчишески непосредственное желание увидеть её смущение.
«Идиот», – только и заключил Мордред перед тем, как скрыться с головой под водой.
желание потереть спинку: 📈📈📈📈📈
снова крутимся после тренировочки в #сказкиподземелий, но уже с другой стороны 😋