F1 from Elmir Valeev

Третья тренировка особо ничего не показала, разве что плотность борьбы стала ещё выше. И Ферстаппен явно увереннее себя чувствует, чем вчера.

Обновлённый болид Формулы-2 на 2027-2029 годы. Шасси прежнее, но новый аэродинамический пакет и ещё ряд обновлений по внутрянке. В частности, теперь есть стартер.

Прощай, необычное заднее антикрыло.

@evkus

Сегодня очень много интересных тем — парочку даже оставил на завтра. А главный скандал дня — на вечер.

Что произошло — на пресс-конференции руководителей команд присутствовали руководитель Alpine Флавио Бриаторе, руководитель McLaren Андреа Стелла и руководитель Ferrari Фредерик Вассёр. И прямо перед пресс-конференцией FIA объявила, что гонщик Alpine Пьер Гасли лишён третьего места в Монако. При том, что апелляцию подавали в первую очередь McLaren (при поддержке обеих команд Red Bull).

Естественно, на пресс-конференции об этом зашла речь. И вдруг Бриаторе достаёт бумажку (!) и по ней фактически обвиняет McLaren в том, что один из четырёх судей апелляционного суда FIA был ими ангажирован! Что, мягко говоря, не понравилось Стелле.

Я решил максимально точно расшифровать эти заявления, так как уже видел несколько неверных расшифровок, переводов и трактовок их слов. С поправкой, конечно, на очень примерный английский Бриаторе.

Вопрос: Начнём с сегодняшней срочной новости из Международного апелляционного суда. Главный итог — Пьер Гасли лишился третьего места на Гран-при Монако. Флавио, пожалуй, начнём с вас. Как вы отреагировали на это решение?
Флавио Бриаторе: Это очень несправедливо. Но, знаете, мы принимаем решение. Однако очень странно вот что: в коллегии было четыре судьи. Один из судей вёл себя как прокурор. Но это ещё не главная проблема. Проблема в том, что он очень тесно связан с компанией McLaren. У нас есть очень хорошая фотография этого человека, выступающего на мероприятии McLaren в 2018 году в MSO, Беверли-Хиллз. У него есть фонд, он называется One Drop Foundation, и McLaren предоставила ему две или три машины McLaren. Это было совершенно несправедливо. Один из судей был связан с командой, которая вела процесс против нас.
Вопрос: Андреа, пожалуй, подключим и вас. Какова ваша реакция?
Андреа Стелла: Моя реакция касается решения Международного апелляционного суда. Если мы хотим говорить об этом, я с удовольствием прокомментирую. Мы только что также опубликовали заявление. Если же вы хотите говорить о подобных обвинениях, то, думаю, это неуместно.
Вопрос: Хорошо, тогда начнём с первого — непосредственно с решения.
Андреа Стелла: Да, это решение, которое мы определённо приветствуем. Оно очень важно. В первую очередь потому, что оно вносит ясность в применение статьи 1.1.1 Международного спортивного кодекса FIA, которая имеет основополагающее значение — на ней основывается всё остальное.
Мы подали апелляцию, потому что хотели добиться этой ясности. У нас были опасения, выходившие далеко за рамки того факта, что мы могли потерять два очка в Кубке конструкторов. Вероятно, эти два очка в чемпионате никак ничего не изменят. Нас беспокоило применение принципов спортивного равенства и справедливости, и это важно.
И это важно не только для McLaren. На самом деле апелляцию подала не только Red Bull — на слушании присутствовали все команды, потому что это был очень важный момент с точки зрения прояснения того, как мы применяем правила, насколько последовательно мы их применяем. А в данном конкретном случае последовательность касается ещё и методик, которые считаются действующими на протяжении гоночного уик-энда.
Вопрос: Спасибо. Флавио, хотите что-нибудь добавить?
Флавио Бриаторе: Очень красиво говорить о пункте один-один, P2, три, P, P, P, но несправедливо то, что один из судей был связан с McLaren. Это несправедливо. Судья обычно должен быть полностью независимым.
Этот судья — имя у него такое, вроде итальянское, хотя он американец, — Филиппо Маркино. Филиппо Маркино — судья. Во время слушания он вёл себя очень агрессивно, выступал как прокурор. А потом мы выяснили, почему этот человек был настолько агрессивен. Он очень тесно связан с McLaren.
Вот в чём дело. Поэтому всё то, что Стелла говорил о спорте... Прежде всего, я считаю, что там, где выносится решение, судья должен быть независимым. А не человеком, который выступает за McLaren и использует McLaren в своей благотворительной деятельности. Вот в чём дело.
А после этого — пункт один-один, три, два, четыре, пять — мне всё равно. Меня волнует другое... Я очень удивлён тем, что этот человек связан с McLaren.
Вопрос (Тед Кравиц, Sky Sports): Флавио, хотел бы уточнить то, что вы сейчас сказали. Человек, о котором вы говорите, не был назначен председателем слушания — председателем был господин Грек. Можете просто сказать: вы сами или, насколько указано, ваши юридические представители высказывали во время слушания какие-либо возражения против участия этого человека?
Флавио Бриаторе: Мы об этом не знали. [Неразборчиво] FIA тоже знает. Мы понятия не имели, что этот человек связан с McLaren. Мы приходим на слушание вместе с McLaren и видим, что всё очень забавно, потому что этот судья был не судьёй, а прокурором. Это был один прокурор против FIA, против нас, против FOM.
А уже потом мы это выяснили — после заседания, разумеется, не до него, — выяснили, что этот человек связан с командой McLaren. Вот что я думаю. Поэтому совершенно несправедливо, если один из судей связан с одной из команд, которая ведёт борьбу против нас.
Вопрос (Тед Кравиц, Sky Sports): Хорошо, но это довольно серьёзное обвинение, и, разумеется, господина Маркино здесь нет, чтобы он мог ответить на него.
Флавио Бриаторе: Как и сказал Стелла, мы принимаем решение. Мы принимаем всё. Я лишь говорю, что довольно странно, когда один из членов коллегии связан с командой.
Вопрос (Тед Кравиц, Sky Sports): На самом деле мой вопрос был следующим: рассматривает ли команда возможность дальнейшего судебного пересмотра решения на основании того, что вы сегодня сказали?
Флавио Бриаторе: Нет, мы об этом думаем. Давайте сначала проведём этот уик-энд, а потом подумаем. На данный момент я не знаю.
Вопрос (Крейг Слейтер, Sky Sports): Андреа, я понимаю, что мы вступаем здесь на довольно сложную территорию, говоря о том, кто участвовал в рассмотрении этого дела. Но могли бы вы хотя бы прокомментировать, известно ли McLaren о каких-либо связях с агентством, касающихся человека, назначенного для рассмотрения этого дела? И кроме того, что ещё теперь необходимо сделать, чтобы Формула-1 вновь не оказалась в подобной ситуации?
Андреа Стелла: Я считаю, что то, в каком направлении идёт эта пресс-конференция, довольно оскорбительно для McLaren и для репутации команды, которая заслуживает большого уважения.
И если кто-либо выдвигает подобные обвинения — которые выглядят весьма серьёзными, — ему придётся нести ответственность за то, что он говорит публично.
Слушание, вся работа Международного апелляционного суда, были проведены в соответствии с высочайшими стандартами, и мы не должны ставить это под сомнение так, как это сейчас делается.

В Формуле-1, конечно, не принято вести себя так, кидаться публичными обвинениями на пресс-конференции FIA. Но особой иронии ситуации придаёт тот факт, что все три участника конфликта — итальянцы. Флавио Бриаторе, Андреа Стелла и тот самый Филиппо Маркино, который в документах FIA обозначен как ITA/USA.

После первой тренировки стюарды вызвали представителей Cadillac по поводу остановки Колтона Херты. Теперь слушания перенесены на утро субботы, на 10:30, чтобы у команды было больше времени разобраться в ситуации.

Что случилось? Официально было сказано, что машина не соответсвует регламенту, но на самом деле тут всё сложнее. Речь идёт о системе CDS — это Clutch Disengagement System, т.е. система размыкания сцепления.

Статья C9.3 технического регламента требует, чтобы на каждой машине была система, позволяющая разомкнуть сцепление как минимум на 15 минут, если машина остановилась с заглушенным двигателем. Причём CDS обязана оставаться работоспособной даже при отказе основных гидравлической, пневматической или электрической систем машины.

Одновременно её активация должна отключать ERS. Кнопка должна быть устроена так, чтобы гонщик или маршал мог активировать CDS менее чем за пять секунд. То есть, если машина сломалась и остановилась на трассе, маршал нажимает внешнюю кнопку CDS, сцепление размыкается, ведущие колёса освобождаются и машину можно откатить, даже если её собственная гидравлика или электрика уже умерли.

Колтон Херта остановил машину из-за отказа гидравлики, и система CDS у него, очевидно, не работала. Таким образом, его почти наверняка ждёт штраф, но, видимо, команда попросила время изучить поломку.

Каким может быть штраф? У нас уже был прецедент. В первой тренировке Гран-при Канады у Лиама Лоусона произошла утечка гидравлики, машина остановилась, после чего при активации CDS маршалом система не смогла разомкнуть сцепление. Машину нельзя было убрать обычным способом, из-за чего пришлось вывешивать красные флаги. Стюарды назвали это серьёзным нарушением пункта C9.3 и оштрафовали Racing Bulls на €30 000, из которых €20 000 условно на 12 месяцев.

Здесь штраф может быть либо аналогичным, либо даже ещё более строгим, потому что в том же решении было специальное разъяснение, что система должна работать даже при отказе гидравлики. То есть можно считать, что нарушение более грубое.

Льюис Хэмилтон считает, что недостаток скорости на прямых у Ferrari может быть связан не с мощностью двигателя, а с высоким лобовым сопротивлением машины.

Льюис Хэмилтон: «Скорость на прямых — повод для беспокойства. Я только за счёт этого проигрывал Джорджу 0,6 секунды. Думаю нам нужно разобраться с этим: понять, дело в аэродинамическом сопротивлении или в распределении энергии.

Двигатель стал лучше, и я очень благодарен ребятам на базе за ту работу, что они проделали. Но наш график использования энергии гибрида отличается от графика соперников. И, похоже, у них может быть меньшее лобовое сопротивление на прямых. Так что это определённо то, что нам нужно изучить».

Руководитель команды Red Bull Racing Лоран Мекис фактически подтвердил то, о чём мы и так догадывались: что Исак Аджар скорее всего пропустит и гонку в Испании.

«Вряд ли мы увидим Аджара в Мадриде, — сказал Мекис. —Приоритетная задача — обеспечить его полное выздоровление».

Таким образом, ждём француза только в Баку через три недели.

На длинных сериях на Hard в лидерах внезапно Лоусон (вместе с Антонелли).

В Ferrari проводили длинные серии на Soft. Это необязательно означает, что они собираются на нём долго ехать в гонке — возможно, напротив, берегут Hard на воскресенье.

В Mercedes включили вторую

Инженер имел неосторожность спросить Фернандо Алонсо о том, в чём основные проблемы сейчас.

Фернандо не стал себя ограничивать: «Двигатель, прямые, вибрации, отсутствие максимальной скорости...»

Интересный манёвр от Леклера.

Стролл неторопливо выезжал из боксов и отправил на траву действующего чемпиона. Кажется, претендент на штраф.

У нас отмена. Обновления машины всё же получает и Окон, не только Берман. Преимущество Бермана будет только в силовой установке.

Помимо Антонелли, штраф за замену силовой установки получит также Элбон. Остальные пока без штрафов.

Интересно, что новые силовые установки получили все гонщики с моторами Mercedes — кроме Рассела. Хотя для него штраф рано или поздно тоже неизбежен, так как его силовой установки не хватит до конца сезона.

Максимальная скорость. Впереди Леклер, но это явно слипстрим — на 6 км/ч быстрее Хэмилтона. Тем не менее, даже Льюис вполне на уровне Mercedes.

А вот Alpine действительно впечатляют скоростями, на обеих машинах. Низкое сопротивление позволяет им быть даже быстрее Mercedes, чьи моторы они используют.

В хвосте, понятно, Cadillac (из-за аэродинамики) и Aston Martin (из-за мотора), а также затесавшийся в их ряды Хюлькенберг. Но и Бортолето был, прямо скажем, не быстр.

Что важно подчеркнуть — в отличие от большинства конкурентов, которые в пятницу используют старые двигатели для сокращения расхода новых, в Ferrari с первой же тренировки поставили на машины новые моторы, чтобы их полностью настроить и убедиться в их эффективности. Это тоже повлияло на итоги первой тренировки.