Однажды в сильный мороз я делал съёмку исполнительную. На улице было за −40 °C. Балаклава и ресницы покрылись инеем от выдыхаемого пара.

Картина, видимо, была настолько выразительной, что бульдозерист, тронутый видом, налил чай из термоса, открыл кабину и крикнул:
— Братан, на, хоть чайку выпей!

Я вежливо отказался: было некогда, да и не мёрз — спецовка оказалась хорошей, так что мне даже было жарко, ведь я хожу много часов подряд.

Но я отметил для себя человечность бульдозериста. Это искренне радует — не столько из‑за предложения чая, сколько потому, что в тот момент я увидел настоящего человека.