Цифровизация как способ дисциплинирования простолюдинов.
Бюрократия тоже всё больше будет заменяться алгоритмами, Большим Братом ИИ.
Об этом пишет к.ф.н., доцент кафедры современных аксиологических проблем и религиозной мысли РГСУ Ростислав Васюков («Социально-гуманитарные знания», №3, 2025).
Лидер в цифровом контроле – Китай, но современная цифровая бюрократия нацелена не столько на прямое насилие, сколько на «подталкивание» правильного (для бюрократии) поведения.

«Современная бюрократия, адаптируясь к новым условиям, становится деликатнее и изощрённее. Она учится имитировать изменения, используя технологии и методы «мягкого контроля», пытается сделать своё влияние менее заметным, но более глубоким. Её требования уже не давят на индивидов грубо извне, вызывая возмущение, а стремятся плавно встроиться в их сознание, став частью их собственных убеждений.

В Китае система социального кредита превращает соблюдение правил в аналог игры с элементами RPG – граждане добровольно корректируют поведение, чтобы повысить рейтинг, получая бонусы вроде приоритетной записи к врачу. Это уже не грубое давление, а то, что философ Бен Чхоль Хан назвал «позитивным насилием» – подчинение через соблазн удобства и социального одобрения. Согласно ему, власть сегодня действует не через запреты и подавление, а через соблазнительные стратегии саморазвития. Она становится позитивным насилием, заставляющим человека подчиняться добровольно - через обещания успешности, признания и счастья.
Даже протесты против системы становятся её инструментом: когда те или иные активисты требуют реформ, их требования мгновенно канализируются в форматы петиций и онлайн-голосований, превращая бунт в сырьё для бюрократических процедур. Современные интернет-платформы позволяют конвертировать всякого рода активизм в клики - подписи, лайки, репосты. Это создаёт иллюзию участия, но выхолащивает политическую энергию, превращая её в данные для манипуляций».

Если в России или Китае давняя власть бюрократов, то на Западе – корпораций, всё больше превращающихся в частных бюрократов, тоже программирующих поведение собственных пролов. Но для начала пролов надо перевести из пролетариата в прекариат:
«Гиг-экономика, несмотря на декларируемую свободу фрилансеров, создаёт систему последовательного контроля, в которой платформы (типа Uber, Deliveroo, Upwork) диктуют условия труда через автоматизированные правила.
Что приводит к следующим последствиям.
- Иллюзия свободы: работники формально независимы, но вынуждены подчиняться рейтингам, срокам и алгоритмам, которые заменяют традиционного «начальника».
- Пополнение прекариата (класса неустроенных людей): отсутствие соцгарантий, нестабильный доход, давление конкуренции.
- Отчуждение: алгоритмы превращают человеческую деятельность в функцию. В частности, в некоторых службах такси, если алгоритм приложения фиксирует три отказа от заказов подряд, водитель автоматически понижается в рейтинге, теряя доступ к выгодным поездкам. Это создаёт парадокс добровольного принуждения – свобода выбора существует лишь в рамках, предписанных кодом.

Курьеры Deliveroo в Великобритании тратят до трети рабочего времени на ожидание «подходящих» заказов, которые распределяет ИИ, оптимизирующий прибыль компании, а не доход работника. Подобные практики повторяют принципы научного управления Тейлора, где каждый шаг работника регламентирован, но в данной ситуации надсмотрщиком выступает не человек, а искусственный интеллект.

Глобальная алгоритмизация труда воспроизводит исторические формы эксплуатации, о которых писал ещё Маркс. В целом, несмотря на значительную разницу теоретических подходов, Маркс и Вебер сходятся в одном: бюрократия стремится бесконечно воспроизводить саму себя, даже если это противоречит интересам общества. Она становится системой ради системы, а не ради людей».