Поскольку я в большей степени аудиал и предпочитаю слушать книги (а если и читаю «вживую», то исключительно бумажные издания), я крайне щепетильно отношусь к выбору чтецов. В процессе я подметил несколько любопытных, а для кого-то, возможно, и очевидных моментов.

Во-первых, разные голоса способны совершенно по-разному изменить восприятие — от книги до фильма, — радикально влияя на атмосферу и эстетику. Голос, по сути, является призмой, через которую мы преломляем информацию.

Во-вторых, существует глубокая связь с личной памятью. Многие чтецы работают и как актеры дубляжа. С каждым таким знакомым голосом могут быть связаны детские воспоминания: любимые фильмы, мультфильмы или компьютерные игры. А те, в свою очередь, тянут за собой целую сеть иных ощущений и чувств.

В итоге голос актера первыми же словами способен оживить целое «древо воспоминаний», которые сплетаются в особое эстетическое восприятие. Такой голос может превратить даже сухое и скучное повествование в увлекательное чтиво. Самое интересное, что этот комплекс ассоциаций — от предметов до эмоций — рождает уникальное состояние, которое трудно описать словами (разве что совсем утрированно: «позитив», «осень» или «весна»).

Но еще удивительнее то, что эти эстетические чувства могут стать живительной влагой для творчества. Они действуют как своего рода несловесный промт для сознания. Казалось бы, с одной стороны, мы не создаем ничего абсолютно нового, а лишь занимаемся многовариативной комбинаторикой и «химеризацией». Но с другой стороны, именно этот комплекс личных воспоминаний создает ту оптику, которая позволяет породить нечто действительно иное. Для меня это поразительное свойство человеческого мозга.