Мне кажется, что авторская лексика в работе современного танца – это не просто давно оформившаяся тенденция. Это краеугольный камень европейского современного танца (слово “европейский” здесь стоит употреблять не в географическом смысле, но это тема для отдельного разговора). Дублинский фестиваль современного танца , который проходит в мае, например, так обозначает свою философию : “ Мы верим в то, что танец может объединять и вдохновлять на перемены и обладает уникальной способностью исследовать и выражать то, что значит быть человеком прямо сейчас.” Что может больше соответствовать этому посылу, чем аутентичность танцевального языка? И с чем “аутентичность” ассоциируется у танцора и у зрителя?

Думаю, в контексте создания хореографического языка "аутентичность" у многих ассоциируется с использованием соматических практик или стратегий, близких к физическому театру или перформансу. В рамках этих стратегий танцоры предпочитают работать с соматическими механизмами и такими характеристиками движения, как поток, энергия, динамика, текстура. И в меньшей степени - с такими параметрами, как счёт и ритм. Я имею ввиду не просто следование счету или ритму, а работу с ними как композиционный прием. Традиционные методы работы с движением в форме танцевальных фраз воспринимаются сейчас как полезная школа , но уже не удовлетворяющая всем запросам времени. И у этой тенденции есть совершенно прагматичное объяснение : ваш внутренний телесный “аутентичный” ритм неизбежно вступает в конфронтацию с внешней ритмической структурой, если возникает необходимость безукоризненно и точно следовать ей. Вам нужно тренировать свое тело, договариваясь с собственным телесным хаосом на условиях, которые определяет не он и даже не вы. Но если отправиться в этом противоположном направлении – к жесткой форме в сторону от аутентичности – то совершенно парадоксальным образом можно приблизится к ней. Стратегии и методы, лимитирующие движение и загоняющие его в жёсткие рамки счета, могут дать больше возможностей и ключей для нахождения телесной выразительности, чем отсутствие каких-либо ограничений относительно временного параметра.

Я поняла это ещё несколько лет назад, когда с Урсулой Робб (Ursula Robb) мы работали над методом сжатия и расширения танцевальной фразы, который называется stacking. Stacking - это метод построения хореографической композиции, но для меня он ценен и как прием работы с движением, который выносит на поверхность все неточности при воспроизведении танцевальной фразы и вырабатывает слой очень тонких навыков. Это жесткий, но полезный инструмент, позволяющий структурировать внутренний телесный хаос , уйти от внешней экспрессии в сторону очень трезвой и осознанной работы с качественными параметрами движения. При этом вы обнаружите, какие невероятные трюки проделывает сознание, чтобы перестроить движение "под себя". Этот прием можно использовать в абсолютно любой технике, но в какой-то момент я поняла, какое именно движение доставляет мне кинестетическое удовольствие. Возможно, именно в этом коренится природа наших эстетических предпочтений. Они определяются не тем, как движение воздействует на нас через визуальное восприятие, но тем, какие кинестетические ощущения оно вызывает. Небольшой фрагмент дуэта “Пустая комната”, где я почти в чистом виде использую этот прием. Главный вопрос: каким образом работы, сделанные в совершенно определенной эстетике, могут считаться авторскими и оставаться актуальными?

https://youtu.be/TL64wwtfm80
© Evgenia Sizmina, 2024