Профессиональные деформации

Однажды ко мне в гости пришел мой друг Женя - очень серьезный промышленный дизайнер. Женя принес с собой вина и пармезану, устроился на кухне и задал мне серьезный вопрос "У тебя есть нож для пармезана? А декантер?».

Я начала хохотать. Нож для пармезана, вообще-то выглядит как наконечник копья, и предназначен, чтобы долбить голову сыра. У нас был куда более скромный кусок.

Но специальный нож был. Я его откуда-то притащила как сувенир. И немедленно выдала его Жене.
А вот декантера не оказалось. И то, говорю, в этом доме было столько бутылок, и никто, никто ни разу не спросил про декантер. Ты - первый.

В общем, на следующий день рождения Женя подарил мне прекрасный декантер, и следующие лет пять он провел на шкафу в коробке, а потом я и вовсе бросила пить и подарила его кому-то кто не бросил.

Эта история кажется мне красивой иллюстрацией - к тому как по-разному видят мир представители разных профессий. Вот с Женей мир разговаривает через предметы. С кем-то другим, через картинку или текст. И да, это заметно в быту.
Я сменила в жизни несколько профессий, и после того как несколько лет занималась ивентами, просто не могла ходить на чужие вечеринки. Ну потому что радости никакой - заходишь и сразу на автомате, так: алкоголь спонсорский, кейтеринг бартерный, баннер не отвиселся, и все тексты на автомате редактируешь, ну какой тут праздник. Потом прошло.

А после ВГИКа я еще лет десять почему-то автоматом засыпала в кинозале через 15 минут после начала фильма, и просыпалась за 15 минут до конца, даже если это “Властелин колец”. Это суперспособность, которая позволяет что-то все-таки сказать про фильм и выспаться 🙂 Потом отпустило.
Редакторам и корректорам, понятно, тяжело живется.

А еще у кого как?