«Между Богом и безумием»: Джон Чейн о том, где заканчивается вера и начинается болезнь

▫️С автором канала мы встретились на психологической конференции РХГА, где он как раз провёл презентацию этой книги, а я рассказывал о моём исследовании людей в кризисе. Эта книга — свидетельство британского врача XIX века, который годами консультировал и лечил сотни пациентов, среди которых было немало верующих в остром кризисе.

▫️Первые главы, посвящённые «истощению чувствилищной силы» и приливам крови к мозгу, я просто пропустил, физиология давно ушла вперёд. Но я принимаю мысль, которая мне, как человеку, соединяющему психологию и богословие, кажется ценной: человек телесно-духовен настолько нераздельно, что перепады настроения и даже реакция на погоду, выливаемая в уныние не обязательно духовная брань, а часто просто тело, которому нужно внимание.

▫️ Центральный вопрос книги: гарантирует ли вера психическое здоровье? Чейн защищает душевнобольных верующих от двойного клейма, что их болезнь — кара или одержимость, и что их вера — болезнь. Мы живём в вечной синусоиде настроений, и срывы бывают у всех, у верующих не меньше, чем у прочих. Он оставляет зазор, признавая, что искушение и духовная брань реальны, но прежде чем звать бесов виновниками, нужно провести почти детективное расследование: изучить жизнь человека, его отношение к телу и его обстоятельства проживания.

▫️ Интересно для того времени наблюдение, где Чейн разводит веру и патологию в случае «религиозного помешательства». Это просто интерпретация, взявшая себе богословский словарь, чтобы облечь в него собственное отчаяние и тягу к саморазрушению. Чейн для своего века делает почти революционный шаг: он прямо просит священников не лезть с душепопечением туда, где нужна медицинская помощь.

▫️Чейн разбирает нашу привычку измерять близость к Богу градусом внутреннего тепла. Мы принимаем ощущения за подлинность веры и пустоту за богооставленность. Но чувства конечны и зависят от усталости тела не меньше, чем от духовного состояния. Зрелая вера, пишет он, не постоянный восторг, а волевой принцип действия, который умеет держаться и в сухости, опираясь на однажды данное обещание, а не на нестабильный гормональный фон. Отсутствие воодушевления — это конец инфантильного потребления эмоций и начало доверия Богу.

▫️Конечно, стоит помнить, откуда автор говорит: он евангелический протестант и его последовательное недоверие к мистическому опыту как таковому местами звучит слишком узко, с оттенком снисходительности к католической традиции.

▫️Также его позиция для меня - это скрытая капитуляция перед материализмом под видом защиты веры. Чейн защищает «истинную религию» ценой того, что отдаёт биологическому объяснению буквально всё, кроме одного исключения, евангельских случаев изгнания бесов самим Христом, которые он принимает буквально, но категорически отказывается признавать возможность того же в настоящем. Получается, что чудо разрешено только там, в прошлом тексте, а здесь и сейчас всегда физиология. Это постепенное вытеснение на территорию веры, и здесь я уже с ним не согласен.

▫️Также это взгляд врача, исповедующего механицистский подход. У Чейна расстройство ума — это то, что происходит с человеком, а не то, что человек как-то, пусть и бессознательно, выбирает. Даже нравственные и религиозные переживания сведены к состоянию мозга и кровообращению, человек тут пассивен, как сосуд, в котором нарушена циркуляция. Расстройство ума он неизменно возводит к телу, даже когда причина может быть нравственная. Методологически он остаётся пленником просвещенческой бинарности «природа против сверхъестественного».

▫️ Книга Чейна — важный исторический памятник на стыке медицины и религии, написанный из личного страдания и с целью защитить психически больных верующих от двойного осуждения, и в этом я его поддерживаю и благодарю автора за сделанный перевод. Пускай подобных книг будет больше!

#читаем_богословов