Уже спустя пару месяцев, когда я вернулся в Париж, то на канале этого клуба я увидел публичную пресс-конференцию:
"Сенсационные откровения Александра Поветкина"
(стоит посмотреть ради музыки, с момента 05:18)
Директор клуба:
Мы безапелляционно проигрываем информационную и идеологическую войну. В настоящее время враги русского народа и служащие им СМИ, ошибочно называемые нам с вами “нашими СМИ” (друзья, я вот сейчас убежденный человек, что наших СМИ нет), организованно атакуют Александра Поветкина. /…/ надо быть внимательней, с кем мы общаемся. Надо понимать, что сейчас активно, вражеские СМИ, иностранные агенты (я в прямую вам говорю, сейчас объясню, что я имею в виду) начинают прорабатывать материал. Сейчас к выборам президента все больше и больше будет активности, а наши с вами воспитанники — как раз тот электорат, был тем фитилем в Украине с кого начался переворот. Нас в течении полугода одолевал один молодой человек, во Вконтакте все время писал, вот “я социолог, сам русский, но учусь в парижской академии социологической, вот у нас есть вопросы, там запрещенный вид спорта ММА, вот, мы бы хотели у вас узнать, что за спорт, как молодежь" и так далее и тому подобное. Что-то мне сразу не понравилось и мы его, так скажем, динамили. Но в итоге до Ян Саныча он добрался через кого-то. Раз пять на меня он выходил. И встреча состоялась. Встреча состоялась и первым с ним пообщался Ян Саныч. Ян Саныч говорит: “это малый непростой. Походу что-то там это… с подготовкой какой-то” Скажем, заряжен. Ну я уже, скажем, предупрежден. Ну давай, теперь очередь моя. “Можно я буду записывать?” Ну интервью же вроде. Ну давай, че нет-то. И пошел разговор. Я уже, как бы, насторожен. Но вопрос… И как грамотно он, без какой-то особой эмоциональной соcтавляющей, с одного переходит на другое и вот мы ему уже за правду матку и пошло поехало, по наболевшим европейским вопросам. Вы понимаете о чем я говорю. И я понимаю уже (показывает телефон), что я не хочу вот этой записи, чтоб он с ней ушел отсюда (хохот в зале). Ты можешь уйти отсюда без телефона, без чего угодно, но, все. Ну естественно, в дипломатичной форме, настояли, все: “мы категорически против, все, давай, стирай”. Хочу сказать, важным, решающим стало, чтобы он не доводил все это до рукоприкладства, потому что он начал извиваться там, искать поддержки у Ян Саныча. Ян Саныч сказал (хмурит лоб, изображая его): “я тоже против”. (смех в зале) И я говорю, там: “у тебя совесть есть?”, говорю, “потому что, если у тебя совесть есть — ты это сотрешь. Потому что ты, как профессионал, и я тебе не даю согласия на то, чтобы ты эту запись забрал.” И это сработало. Я удивлен. Еще совсем толерантность им не овладела. Но вот это, понятно, обозначили. Так что будьте на фоксе, говорите своим воспитанникам, что будут сейчас искать, и будут потом переделывать в фильмы интересные им. И, так скажем, которые могут выйти боком нам.
Я никогда особо не возвращался к этому фрагменту моего исследования, пока не увидел уже в 2024 выступление "Зиновьевского клуба" по поводу "врагов" из Института философии РАН, а позже — сам не встретил снова такое же отношение в среде дизайнеров, вот уже спустя почти десять лет.
Удивительно видеть актуальность этого старого интервью в настолько отличной среде.
Правда теперь я всегда на фоне разоблачений "врагов народа" слышу эту музыку из пресс-конференции Поветкина и становится как-то легче.