Раз уж завтрашний концерт называется "Песни русалок и жаворонков", то давайте еще немного поговорим об итальянской средневековой фауне, населяющей кодекс Росси.

А именно, об "игуане-призраке".

Главная русалка кодекса Росси и нашей программы – водная нимфа из мадригала "Piançe la bell'ayguana". Как вы, возможно, помните, у нее весьма причудливая идентичность: она и мифологическое существо из венетского фольклора, и растение, и влюбленная страдающая женщина... А слово, ее обозначающее, еще и ассоциации с рептилиями вызывает! Ведь традиционно она во всех источниках "bella iguana / yguana" ("белла игуана"), и в нашем видео на ютубе тоже.

Так вот. При более пристальном рассмотрении оказалось, что никакая она не игуана. Вообще ни с какого боку.

Я открыла корпус староитальянских текстов (а он максимально полный, поверьте) и посмотрела, а где еще встречается форма iguana / yguana. Выпало всего три случая употребления: наш текст и еще два, причем во всех трех контекстах перед iguana стоит bella. В других контекстах употребляется aiguana или aguana (напоминаю, что это от слова aigua < лат. AQUA(M) 'вода').

А дальше мы оказываемся на пересечении лингвистики и текстологии. То, что мы видим в корпусе, – материал современных критических изданий, а не манускриптов. Пробелы между словами в таких изданиях расставлены в соответствии с современными правилами, а в средневековых рукописях была немного другая логика деления текста на слова. Иными словами, где-то отсутствовали привычные нам пробелы, а что-то, наоборот, они писали раздельно, а мы сейчас слитно.

/продолжение ниже ⬇️/