Мы привыкли думать о туристической поездке как о наборе впечатлений. На край земли мы едем ради красивого маршрута, вулканов, медведей, косаток, китов. Но за всем этим есть ещё одна сторона. И это ответственность тех, кто организует человеку такое путешествие.
На Камчатке был показательный случай. Туристка пострадала после нападения медведя, а организатор похода в итоге получил уголовное наказание, выплатил компенсацию морального вреда потерпевшей.
На первый взгляд может показаться странным. Разве можно отвечать за то, что сделал дикий зверь? Но право смотрит на ситуацию немного иначе.
Если человек организует поход в потенциально опасной местности, он принимает на себя определённые обязанности по обеспечению безопасности участников. И аргумент «ну это же медведь» сам по себе от ответственности не освобождает.
В интернете проскользнула новость, что туристы преследовали косаток, и этим заинтересовалась прокуратура.
Здесь уже не человек оказывается в опасности, а сам человек может создавать опасность для животного.
Ведь вы несколько часов идёте на лодке по океану, наконец замечаете косаток и понимаете, что ради такого момента и ехали на Камчатку. Естественно, хочется подойти ближе, чтобы кадр получился лучше, а эмоции были поярче со слезами на глазах.
В этот момент очень легко перейти тонкую грань между наблюдением и преследованием.
Потому что для туриста это может быть всего лишь «вау, какой кадр», а для животного — это очередное вмешательство человека в его естественную среду.
История с косатками хорошо показывает другую сторону той же проблемы. Ведь туристическая компания не может относиться к природе как к декорации, которую можно использовать исключительно ради впечатлений клиента. Есть правила поведения в акватории, есть требования к эксплуатации судов, есть охрана животных и, в конечном счёте, ответственность за то, как именно организована такая экскурсия.
Получается довольно любопытная конструкция. В случае с медведем человек должен защищать туриста от последствий встречи с дикой природой.
В случае с косатками — уже природу приходится защищать от чрезмерного энтузиазма человека.
И в обоих случаях право задаёт примерно один и тот же вопрос.
Что сделал человек, чтобы предвидеть риск и не допустить последствий?