Financial Times сообщает, что к 2040 году доля России в поставках урана вырастет с четверти до 36%. Сообщает, естественно, как об угрозе.

Как это стало возможным и что будет дальше?

Формально своя добыча у России скромная – около 5% мирового объёма. Но с учётом зарубежных активов "Росатома" (через Uranium One) доля в мировых мощностях уже сейчас почти четверть.

То есть, рост до 36% мы увидим, если российские предприятия заработают на полную мощность, а конкуренты не будут успевать вводить новые месторождения.

У остальных проблемы со скоростью наблюдаются уже сейчас: канадские NexGen и Cameco расширяют список проектов, но новые шахты запускаются годами, а рынок инвестировать не спешит – цена на уран выросла до $94 за фунт, но неясно, достаточно ли этого для запуска новых месторождений.

При этом зависимость мирового рынка от России растет: поставки в ЕС выросли на 7-12% по сегментам, а США закупают у РФ почти 26% топлива для АЭС.

С ростом доли рынка Россия получит устойчивый спрос на сырье на десятилетия, рост ценников и рычаг влияния наподобие газового, а альтернативу урану найти сложнее и дольше, чем трубопроводному газу.