Мы все пытаемся достучаться до власти и донести, что жизнь учителя невыносима, а образование разваливается.

Это можно сказать один раз.

Все остальные вопросы приходится задавать себе.
В постсоветской традиции вопрос «что происходит с образованием и страной» автоматически адресуется власти.

Это удобно, потому что:

— ответственность вынесена наружу;
— личных решений принимать не нужно;
— позиция морально комфортная: «я — жертва системы».

Проблема в том, что цивилизованное, а не рабское общество так не мыслит.
Оно мыслит через распределённую ответственность, а не через сакральный центр.

Если мы называем себя цивилизованным обществом, меняется главное.

Вопрос больше не может начинаться с «почему они разрушают…».
Он начинается с другого: что я считаю допустимым — и что я делаю, когда это нарушается.

Цивилизация — это не институты и не лозунги.
Это порог терпимости к деградации, встроенный в людей.

Если учитель терпит — если родитель молчит —если директор «приспосабливается» — власть здесь вторична.

Она лишь фиксирует уже сложившееся состояние.

Если задать вопрос себе, а не власти (по Конституции власть вообще принадлежит каждому из нас), он звучит так:

Почему я продолжаю работать в системе, которая противоречит моим убеждениям?

Почему я воспроизводил правила, которые считал абсурдными?

В какой момент я перестал называть вещи своими именами?

Что я сделал, кроме слов, чтобы это изменилось?

Это болезненно. Но именно это и есть развитие.

Вопрос к себе — признак зрелости.
И человека.
И общества.

молчание = согласие

«обстоятельства сложились»,
«система вынудила»,
«не было выбора».
Проблема в том: если выбора не было — цивилизации, общества нет.

История наказывает не за ошибки.

Она наказывает за отказ признать, что это и был выбор.

Внукам не нужны герои.

Нужны честные взрослые, которые не врут .

С уважением, Евгений !