Недавно поймала себя на мысли, что один из самых раздражающих меня типов текстов — тексты, в которых автору интереснее продемонстрировать себя, чем рассказать о предмете.

На мой взгляд, хороший автор использует себя, свои знания и язык, чтобы показать читателю предмет. Плохой использует предмет, чтобы показать читателю себя.

Особенно хорошо это заметно по тому, как человек обращается с собственной эрудицией. Не надо стремиться выглядеть умнее читателя. Даже если мысль сложная, гораздо интереснее показать, откуда она у вас возникла: прочитали книгу, увидели фильм, наткнулись на исследование, вспомнили похожую историю. Тогда читатель пройдет по той же мыслительной траектории и поймет, как одно привело вас к другому.

Ассоциация должна развивать мысль, а не демонстрировать автора.

Например:
«Меня удивило, как быстро героиня перестала воспринимать новую работу как временную и начала защищать правила компании, которые еще месяц назад сама считала абсурдными. Вспомнила эксперимент…».

Или:
«Наблюдая за постепенной трансформацией героини, невозможно не вспомнить Фуко, Вебера и, как ни странно, концепцию габитуса Бурдьё…»

Если после второго варианта читатель ничего нового о героине не понял, зато понял, что автор знает Фуко, Вебера и Бурдьё, — поздравляю, у нас проблема.

Умная мысль не становится глупее, если сказать ее простыми словами. А отсутствие мысли не превращается в интеллектуальность, если обложить его философами, художниками и «сложной архитектурой человеческой души».

Еще один верный маркер таких текстов — незаработанный пафос.

Сам по себе пафос не плох. Есть события и темы, о которых невозможно писать языком инструкции к микроволновке. Но масштаб языка все-таки должен примерно соответствовать масштабу происходящего. Если человек сходил на выставку районного краеведческого музея, а рассказывает об этом так, будто лично присутствовал при открытии гробницы Тутанхамона, возникает вопрос, что именно здесь является главным событием: выставка или сам факт присутствия на ней автора.

Вообще симптомов у таких текстов много. Пять культурных отсылок там, где достаточно одной: возможно, автору важнее показать эрудицию, чем объяснить мысль. Каждая вещь обязательно «уникальная», «великая», «пронзительная» и «сакральная»: автор не доверяет предмету и заранее сообщает читателю, что тот должен чувствовать. Банальная мысль упакована в три абзаца метафор: словесная сложность маскирует смысловую простоту. Собственная исключительность подчеркивается при каждом удобном случае: предмет постепенно превращается в декорацию для личного бренда.

При этом яркий авторский голос, сложные отсылки, эрудиция, метафоры и даже некоторое самолюбование сами по себе текст не портят. Можно написать великолепный текст от первого лица и вообще сделать себя его главным героем. Вопрос только в одном: что получает читатель кроме возможности полюбоваться автором вместе с автором?

Если после пяти тысяч знаков я знаю, что вы читали Шопенгауэра, видели Родена, разбираетесь в живописи позднего Средневековья и вообще человек сложной судьбы, но так и не поняла, что вы хотели сказать, — кажется, текст был написан не для читателя. Он был написан для вас.

Что тоже вполне себе цель.