вырвано из контекста

Песнь об Иперсип

Прекрасная Иперсип!

Родилась ли ты?
Жила ли хотя бы день?
Или была потеряна в родах?

Ходила ли в детский сад?
Или погибла в младенчестве?

Мне кажется, это ты
шла босиком и зашла босиком в троллейбус,
и ощутила инаковость человеческой грязи.

Прекрасная Иперсип!
Пошла ли ты в первый класс?
или не дожила до потных волос под бантами?

Мне кажется, это ты
сидела за партой, лохматая, снедаемая возбуждением и скукой, мазала сопли о манжеты, отказывалась наотрез писать стихи в столбик.

Влюблялась ли ты, Иперсип?
Или перестала дышать, не успев разбить сердце?

Мне кажется, это ты целовала камни на обочине, пугала соседских детей рассказами, как тонула на «Титанике» и больше всего мечтала увидеть гориллу-альбиноса в Барселонском зоопарке.

Была ли ты, Иперсип?
И если была –
где закончилась?

Была ли ты, Иперсип – эгоманное семечко дуба,
ветер, трагедия, гром,
клыкастая природа,
любовь дальше гроба,
океаническое дно?

Была ли ты, шипящая спичка?
И когда осталась лишь я, шахтерский черный алмаз – спрессованный, холодный, лежалый, забывший горючесть уголь.
Не огонь, а эмблема огня.

Я люблю тебя, Иперсип.
Но по памяти или воображению?

Детектив без трупа.
Нет смерти по причине отсутствия рождения.
Нет рождения по причине непрерывности бытия.

А если ты жива до сих пор?
Внутри, в угляной пещере,
в карбоновой клетке?
как вода, застрявшая в камне миллион лет назад –
водяной агат,
символ древней ясности и живучести.

Чем тебя просветить, пузырек?

О чем с тобой говорить?
Как выманить?
Чем подкупить?

Да нечем.
Хороша любовь издали.

Я люблю тебя, Иперсип
Не-ставшая, не-прожившая, не-обрушившая волна счастья и боли

Я люблю тебя, Иперсип,
как дурной родитель,
всей душой на словах,
и не более.

Ты свободна исчезнуть
Налетают мотыльки
Поднимают над землей
И рассеивают твоё невесомое тело

вместе с ненаписанными стихами
несрубленными головами
и невыращенными деревьями

Твои сморщены пальцы
Твои синие губы
Твои в корочках плечи
В подбородке – бубон.

Но ты видела поле
Но ты видела море
Но ты видела горы
И ты видела – сон.

🤩

доделала, полегчало

Смертный Брайан

этим летом мы носили обвесы
хрустальные четки на телефонах
мы закусывали твердые леденцы с острыми краями, раня языки,
перебирали бусины, лежа в кровати,
и пластиковые кристаллы вполсилы расщепляли солнечный свет,
и разноцветные блики качались на стенах в такт листания ленты

а в ленте – стоял обнаженным по пояс
архангел Гавриил,
архитектор-прокси,
wannabe-прометей,
косплей пророка,
неживым небесным подтоном сияли
его женственная белизна
его венерная рыжесть во впадинах
и ренессансная грустная улыбка

мы смотрели на него сквозь призму блестящих камней –
успокаивающий каваИ,
как мобиль над кроваткой младенца,
и его белесые глаза, что наши бусины,
пустые скорлупки блаженности,
смотрели на нас в ответ

ждали
воссоединения

он наша главная clean girl
весталка утренней рутины

потратил миллионы,
заработанные постылой мужестью,
на оливковое масло
на соки своего сына
на шприцы и ареопаг врачей

он ел брокколи и чиа,
заглатывал горсти гладких капсул,
цитрин и аметист,
что наши бусины,
тянул каменную колесницу из одного угла в другой,
поднимал груз будня в гору,
и никогда не видел солнца

он ходил под черным зонтиком, как таинственная гейша
ложился в саркофаги сканнеров,
просыпался в темноте и засыпал в инфракрасной маске
и не видел снов

и всё это время,
всё это долгое время
бессмысленное, самодавлеющее время

Бог тайком подъедал его нутро

откусывал от стенки желудка
жевал
и смеялся.

о, Брайан!
очередной обманутый
жаждой
избегнуть перемены,
не допустить
перехода,
не стать, как они

мы украсим твой холм кристаллами
пластиковыми нефритамм
леденцовыми кварцами
и черными табулами
смартфонов,
погасших
навсегда.

вчера узнала о романе "Дом без окон" Барбары Фоллетт, написанном ею в 9-12 лет. я под большим впечатлением. оригинальный, почти притчевый сюжет на вайбах немецких романтиков + мне очень нравится имя главной героини: Иперсип... красиво.

в детстве так просто придумывать имена. когда мне было 9-10, я писала роман о девушке по имени Велис (ударение на и). в 15 лет отец принудил ее к дипломатической проституции: подложил под французского короля, чтобы тот поменьше думал о войнах. сработало. но она влюбилась в учителя английского. сбежала с ним в Англию и потерпела крушение в Ла-Манше. все погибли, а ее прибило к английскому берегу, и она жила в прибрежной деревне инкогнито. возможно, далее планировалось триумфальное возвращение и месть всем обидчикам, а может ее удовлетворил покой и нежданная свобода, точно не помню.

пояснительная бригада💪

первый дождь, первый, ложный порог осени напоминает о 08'. огромные татарские торты под сомном мух на узкой набережной коктебеля. американские джазмены на временных сценах. похмельные люди, слушающие их, рассевшись на гальке. плохие, но такие хорошие стихи Волошина.
трудно поверить, что для кого-то то время не было молодостью. и не могу поверить, что для кого-то молодость –вот сейчас.
я возлагаю отцветшие цветы на могилу чужой непрожитой юности.

очень устала,
а когда очень устаю иногда вхожу в режим хит-мейкерства и постоянно придумываю дурацкие песни. вчера был диско-хит "шикардятлы", сегодня - жестокий романс про шиба-ину (шиба-ину шиба-ину нет, тебя не покину, шиба-ину шиба-ину напишу с тебя картину шиба-ину шиба-ину но потом увы устану и отправлю константину) и фанки-таун для музыкальной паузы лекции Маркова об эволюции:
в поисках еды
бредут гоминидЫ
по саванне по саванне по саванне
туды-сюды
туды-сюды

продюсеры, пишите в личку

стихи получают время по остаточному принципу. стихи питаются перерывами и излишками. стихи это прекрасные гиены. лангольеры свободной минутки, когда жизнь замерла. пылесосы ее пыли. сначала жизнь, потом стихи. мне важнее накормить близких. важнее безопасность и здоровье. социализация. даже некоторый комфорт важнее. даже может быть крупица совести. и только потом - стихи. стихи и есть необходимость лишнего. без лишнего как без воздуха. без не-жизни нет жизни, как без пауз нет музыки. момент, когда я подготовила квартиру к визиту стекольщиков, они уже подъехали и разгружаются, но еще не поднялись. крохотный кармашек вечности.

я не читаю чужих стихов
я не считаю чужих грехов
я понимаю, что только лох
будет не слишком плох

я загортаю слова у фольгу
я покупаю брекет творогу
я успеваю если бегу
но долго так не смогу

я только вращаюсь вокруг себя
и вновь возвращаюсь к тому же "я"
как мячик на нитке, как свет в маяк
как луны в орбитный ряд

я гавкаю в бездну, как борзый шпиц
не различая гигантов лиц,
лишь потому что карма полиц
чуть что заберет с границ

обратно потянет в себя поводок
обратно вернет под свой кровоток
обратно поставит на статус кво
свою строптивую скво

мил несуразный, пришитый POV
два нисуаза, борщ и плов
к разу от раза к основам основ
повертает любов
💖

Бруно Шульц, Август

Читаем июльский номер «Дактиля»:
- в рубрике «Поэзия» стихи Оли Касьяновой, Юрия Рыдкина, Максима Маршака, Орал Арукеновой и Павла Банникова;
- в рубрике «Проза» рассказы Ольги Семибратовой, Айдара Алимгазы, Элины Свенцицкой, Леонида Шлангмана, Татьяны Черток, Владислава Безрукова, Александры Медведкиной и Анны Митиной;
- в рубрике «Критика и публицистика» рецензии Жании Усен на книгу Татьяны Шакировой «Счастливая жизнь полукровки в Казахстане», рецензия на рассказ Юлии Локтевой и рецензия Ольги Балла на новую поэтическую книгу Алексея Швабауэра «Автостопом»;
- в рубрике «Детская литература» рассказы Марии Борисовой и Ани Свиргун;
- в рубрике «Драматургия» пьесы, представленные на фестивале «Драма.KZ»: Нуржигита Муслима и Сагадат Ордашевой на казахском языке.
Приятного чтения!

фо рил горжусь этой летней подборкой, вышла цельная. Спасибо журналу "Дактиль" и Ивану Полторацкому

мне приснилось, что все памятники в городе заменили на новые. мемориалы из красного гранита. и даже некоторые квартиры превратили в музеи. квартиру бабушки, например. чтобы попасть в дом, где я росла, теперь нужен билет или пропуск.
не знаю, сколько в реальности досок нужно заменить в корабле Тесея, чтобы он перестал быть собой.

вопреки характеру июля, солнце мягкое, незлое, прикрытое вуалью частых облаков. подогрев снизу, теплыми камнями. мы словно две картофелины в мундире в выключенной печи. доходим.
природа бережет нас.
не нужно даже шляпу с собой брать, голову не напекает.
особая тишина в грохоте цикад. пустой сад только для нас. пустой пляж только для нас.
берем с собой Долли на утреннее купание. подставляем голые попы теплому небу.
по пути проходим сквозь лески-паутинки с гирляндой застрявших сосновых вилочек. от чего невесомая невидимая сетка может защитить?
всё равномерно синее, лиминальное. вода как теплое одеяло. мало отличается от воздуха или камней.
внезапно слышен звук. вездесущий, равномерный. как искусственная цикада. мы поднимаем головы. над нами зависает крохотный дрон. смотрит на нашу обнаженность. он делает несколько кругов вдоль берега и улетает. мы одеваемся.

в воскресенье в городе так мало машин, что сфетофоры потеряли смысл. "переход разрешен", говорит сфетофор, но разрешение никому не нужно.
утренние птицы поют для себя. цикады развлекают пустые спуски и сгустки линий передач, как в евангелионе.
солнце падает на стройные ряды акаций. они похожи на парадный караул – внешне спокойный, но внутренне в сметении от непривычной тишины.

просто делай свою работу
не смотри за пределы лица
не ищи сателлитов конца
проблесковых огней маёту
нет людей, ни смертей, ни турботы
только буквы в маршрутных листах
терминал в поворотных колечках
не страшна небытийная вечность
страшен час перед ней на местах

🤩

🤩
в 2011 году я много думала о конце света – не из-за приближающейся профетической даты (хотя в старшей школе был короткий момент, когда мы с Андреем жоско присели на психоз по поводу майя – нам его накрутил папин друг, предсказатель и сальный любитель дурить подросткам головы).

нет, я просто чувствовала в воздухе то же, что и многие. фон Триер со своей Меланхолией. миллениалы, провожавшие юность и поптимизм. люди, ожидавшие сложные выборы и покупающие свой первый смартфон. всё это происходило одновременно, и хотя казалось, что ощущение конца и грусти абстрактно, никак не связано с покупкой нового гаджета – задним числом видно, какой глобальный был слом. новое тысячелетие началось не в 2001м с падением башен-близнецов, то был локальный отсчет века. в корне же мир изменился в 2011м, когда смартфон стал восприниматься как новая норма. когда диджитальность пришла.

у меня это всё накладывалось на личное: я закончила университет, потеряв единственную идентичность, в которой было комфортно без усилий. заканчивались суперважные отношения. неожиданно умер мой самый близкий человек – дедушка. он умер, пока я была в своей первой заграничной поездке. я не увидела его в гробу и в моих снах он до сих пор живой.

за два месяца до его смерти, когда я писала диплом в сердце апрельской метели, обдувавшей тонкие стены завулонского общежития, – мне приснился сон. что мы с дедом сидим на нашей кухне, освещенные только ясным лунным светом, и по обыкновению тоскуем, глядим на небо.
и вдруг я замечаю, что две обычные, еле видные звездочки начинают крутиться друг вокруг друга, набирают скорость... – тут охватывает короткий вздох паники – и схлопываются в яркую вспышку, которая затягивает в себя пространство, соседние звезды и через какие-то доли секунды – всю вселенную, включая, конечно, и нас. белое зарево, и всё.
я думала об этом сне много раз. много раз о нем рассказывала. вспомнила о нем и пару дней назад, когда увидела обильно звездное, живое, почти перенаселенное небо Фороса.

а вчера я слушала лекцию ученой-астрофизика Мишель Тальер – она рассказывала в том числе и о своей научной работе о двойных звездах. и оказывается, крутящиеся друг вокруг друга звезды не вредят магнитному полю друг друга, не стараются поглотить друг друга, не меряются гравитациями, грозя взаимным уничтожением, как участники атомной гонки – оказывается, так они смешивают свои звездные ветра, пускают шоковые волны, и те создают из водорода гелий, а из гелия более сложные атомы и молекулы. например, воду. Тальер говорит, что ее подопечная пара в районе Небулы замешивает в своем чане столько водяной дисперсии за день, что можно было бы заполнить все земные океаны шесть раз.
другими словами, это не танец смерти. это танец творения. представляете?

и смена символа, который столько лет во мне сидел, принесла не вполне облегчение... но что-то определенно разлилось во мне, что-то хорошее. что-то встало на место.

ночью мне приснилось, что я во второй раз заканчиваю университет, и мне нужно съезжать с общежития. мне жаль его оставлять, просторное и обжитое, укромное, очевидно блатное пространство (совсем не то, что было в мгу). но объективно видно, что я попользовала и раздолбала его в щепки, даже полы затерты до дыр, и всюду валяются выдолбленные паркетные доски.
завхоз, принимающий помещение, потирает затылок. мне здесь уже нечего делать. пора съезжать.
🤩

сегодня звезд над не испорченным электричеством Форосом, над его черным кантом, так много, будто еще нет или уже нет никакого человечества. звезды плотно толпятся, загораживают одна другую, и почти не мигают. кажется, видно Млечный Путь и всякие туманности. кажется, что когда придет время умирать, я не буду думать о том, кто же меня отвезет в больницу или поменяет подгузник и на что его купить – а просто прыгну в эти звезды.